Охотники на демонов. Похождения Такуана из Кото – 2

Сонциан осторожно приоткрыл один глаз, осмотрелся и решил открыть и второй тоже. Он увидел свиноподобного оборотня, зажмурился и снова зашептал камишутту.

– Что ты бормочешь, монах? – услышал он голос.

– Спаси меня, богиня Запада! – взмолился Сонциан. – Не дай этому голодному бесу меня сожрать!

– Ну-ка не смей меня бесом обзывать! – в голосе оборотня забурлили пузырьки гнева. – Хоть и проголодался я, но людей не ем.

Не открывая глаз, Сонциан спросил:

– Кто же ты тогда?

– Имя моё Ван Люцзы, а за мой нынешний вид люди прозвали меня Чжу.

Я странствующий воин и демоноборец.

– Не оборотень?

– Нефритовый Император на меня проклятье наложил, – сказал Люцзы. – Чтоб его бесы на клочки разорвали! Оттого я на свинью похож стал.

Сонциан внимательно осмотрел странствующего демоноборца из-под прищуренных век. Люцзы продолжал тереть свой покрасневший нос и не совершал никаких попыток наброситься на монаха. Удовлетворённый тем, что увидел, Сонциан открыл глаза в полную силу и сказал:

– Спасибо тебе, Чжу Люцзы, за помощь.

Не иначе как Сиваньму, богиня Запада, послала тебя мне на помощь.

– Сиваньму?

– Она меня послала к Синей горе с поручением, – сказал Сонциан и поведал Чжу Люцзы обо всём, что нам уже известно.

Узнав о том, что богине Запада нужна помощь, Люцзы обрадовался. Он решил, что в знак благодарности богиня Сиваньму снимет наложенное Нефритовым Императором проклятье и позволит Люцзы вернуться на Небеса.

– Уважаемый, позволь мне тебя сопровождать, – промолвил он.

 – Мало ли какие бесы тебе на пути повстречаются. Или того хуже, разбойники.

По мнению Сонциана, бесы были куда страшней разбойников, но Чжу Люцзы, похоже, не боялся ни тех, ни других. Поэтому Сонциан сказал так:

– Спасибо тебе, уважаемый Ван Чжу Люцзы. Есть на то воля богини Запада, а иначе зачем же мы встретились!

– Благодарю тебя, уважаемый! – рассыпался в благодарностях и сам Люцзы. – А пока не будет ли у тебя чего-нибудь съестного?

Тут он заметил картофелины, до сих пор лежавшие в углях, и облизнулся так, что Сонциан поспешил разделить с ним трапезу.

Люцзы в одно мгновение проглотил всю провизию, которую монахи принесли с собой из монастыря, оставив Сонциану лишь одну печёную картофелину и ломоть хлеба. Впрочем, тот не стал жаловаться и, приметив голод странствующего воина, предложил восполнить припасы в ближайшей деревне сразу, как только наступит утро.

Покончив с ужином, путники улеглись спать.