Хранители. Тайны снов

Не выдержав долгого молчания, я тихо спросила:

– Что?

Он продолжал смотреть мне в глаза, одной рукой отведя волосы от лица, и заправил их за ухо, еле касаясь щеки.

– Ты красивая, – шепнул он.

Я замерла. Что он несет? Это шутка какая-то? Я внимательно вгляделась в его глаза, чтоб понять, издевается он или решил неудачно пошутить. Но в его взгляде не было ни единого намека на шутку. Он шумно выдохнул, слегка наклонившись, и его глаза остановились на моих губах. И тут, когда аромат алкоголя снова ударил мне в нос, я поняла, в чем дело.

– Ты просто перепил, – улыбнувшись, пошутила я.

Он замер, а потом улыбнулся, опустив голову, и почти беззвучно засмеялся. Его волосы слегка щекотали мой нос, он снова посмотрел на меня, улыбаясь.

– Наверное, ты права.

Я вздохнула, а Джет встал с кровати, выпустив меня из рук, и провел рукой по волосам.

– Мне пора идти, – пожал он плечами, – А ты постарайся заснуть без происшествий, хорошо?

Я легла в кровать и кивнула, а он поцеловал меня в лоб и погладил по голове – совсем как делали мои родители.

Я не смогла сдержать улыбку.

– Хорошо, спасибо, – он раскрыл тюль, – Спокойной ночи.

Он повернулся в последний раз, тоже не скрывая улыбки.

– Сладких снов, мелкая.

С этими словами он выпрыгнул из моего окна, и я выдохнула, на моем лице играла глупая улыбка. Почему? А черт его знает. Я просто улыбалась. Пусть он был пьян в стельку, ничего не соображал, а я зареванная, лохматая и испуганная, он сказал, что я красивая.

Плевать, что утром он ничего не вспомнит, и плевать, что он сказал это только потому, что нахерачился, я почему-то была этому рада. Я снова провалилась в сон, и, слава богу, в этот раз не было никаких кошмаров.

Наступило субботнее утро, и это говорило мне о том, что сегодня я, наконец-то, пойду в студию творчества! Я с самого приезда ждала этого момента – столько идей для рисования, меня просто переполняли эмоции, мне хотелось скорее написать пейзаж вчерашнего океана в закатном солнце.

Я оделась в белую майку и джинсовые шорты, волосы скрутила в шишку на макушке и закрепила шпилькой. Студия располагалась на четвертом этаже учебного корпуса, большие панорамные окна, занавешенные легкой прозрачной тюлью, удачно открывали вид на океан, идеально-белые потолки были очень высокими – около пяти метров в высоту, на полу лежал дорогой паркет, цвета темного дерева.