Камень на камне

Вместо того, чтобы уйти по туннелю вместе с другими, он остался в бункере. Я отчетливо помню его лицо в тот момент, он был счастлив. Счастлив, что все заканчивается, счастлив, что не нужно больше бежать и прятаться, счастлив, что я пообещал позаботиться об Эстель, пока ей не исполниться двадцать лет. Он сказал, что просит прощения за то, что сломал мне жизнь, но ведь нельзя сломать то, что уже было сломано. Тогда я спросил его, с какой целью я здесь, и что за участь была им мне уготована. На это он ответил тем, что вручил мне небольшую шкатулку, которую достал из сейфа в своем кабинете.

Все доказательства злодеяний правительства хранились в ней. Тут были записи переговоров, телеметрия времен войны, сведения очевидцев, данные, о которых умалчивали власти столько лет… Все это, и многое другое было внутри небольшой черной шкатулки. Сведения, которые он собирал все эти годы. Это бомба, во много раз мощнее и разрушительнее атомной. В моих руках был ключ к свободе десятков миллиардов людей, но и ключ к гибели сотен миллионов. Еще он сказал, что мне решать, как с этим поступить. Он был уверен, что у меня есть связи, достаточные для того, чтобы придать эти данные огласке. Но это оказалось гораздо сложнее, чем он предполагал.

Он остался в бункере, а мы втроем, вместе с Эстель и десятком последователей Фероуза вышли через туннель на поверхность в паре километров от подземелья. Признаюсь, я не знаю, что стало с Эстебаном. Скорее всего, его убили, как только прорвались внутрь, расстреливая всех без разбора, как это они обычно делают.

Если же они имели хоть малейшее представление, за кем именно их прислали, во что, откровенно говоря, слабо верится, то они схватили его и увезли на Землю, чтобы вытрясти все данные, которыми он обладал. Эстель оплакивала его как родного отца. Она оказалась обычной молодой девушкой, не лишенной эмоций. Я много говорил с ней в следующие месяцы. Если Фероуз разрушил мой старый мир грез, то она создала новый на развалинах. Этот мир был не такой красивый, не было в нем лирики и геройства, не было любви и боли. По большому счету это была матрица из пустых ячеек, которые мне только предстояло заполнить. Но теперь я был убежден, что содержимое будет достаточно чистым, чтобы быть счастливым. Она несла в себе все те знания, которыми обладали ее предки, они передались ей на генетическом уровне. Все это было тем самым бесспорным богатством, которым обладал и Фероуз, и благодаря которому люди шли за ним.