Камень на камне

Ради этой нашей встречи стоило выжить там, на Орионе. Знаете, а ведь он предсказывал все это, все, с самой первой минуты. И про вас он говорил, и про меня. Мы много говорили за эти несколько дней, я многое увидел. Вам не будут интересны подробности, но я видел, как этот человек оживляет мертвецов, как дает им второй шанс, шанс, которого не было у тех миллионов солдат, сожженных во имя нашей с вами гармонии. Он открыл мне глаза, сказал то, что я и так знал, но во что боялся поверить. Про правительство, про заговор, про миллионы смертей, про моего погибшего брата… Он сказал, что войну развязали мы, что все это было частью одного зловещего страшного плана, что наверху знали о том, чего это будет стоить, и знали, какую выгоду это принесет.

С его словами весь пазл в моей голове сам собой сложился, как будто я ждал все это время именно этих вот слов. Если это фанатизм, то я, так же как и он, самый что ни на есть долбанный фанатик. А главное – он дал мне способность исправить человеческие ошибки. Информация, с помощью которой люди могли бы взглянуть на произошедшее слегка под другим углом. Доказательства, за которые Нэйт Монро, вероятно, отдал свою жизнь. Можно сколько угодно рассуждать на тему того, что он просто, наконец, нашел возможность сделать это, но факт остается фактом, человек пошел на неминуемую смерть ради того, что бы у нас с вами был шанс изменить мир. Чем ни заголовок для вашей статьи, верно?

Я только кивнула, а он расплылся в какой-то странной широкой улыбке.

– У нас с Фероузом было много общего, – продолжил Манува, чуть более оживленно, – разумеется, в плане ума нет никакого сходства. Но от него я услышал то, чего всегда хотел услышать от кого-то помимо моего внутреннего «я». Остальные боялись этого, или, зачастую просто не думали об этом, ведь так легче жить, верно? Он, так же как и я, стал жертвой этой проклятой планеты. Он оказался одним из тех сорока, полетевших туда с мирной миссией. Фероуз потерял там много близких людей.

В общем, нам было легко найти взаимопонимание, не смотря на многие очевидные различия между нами.

– Постойте, – прервала его я, – вы хотите сказать, что Эстебан Фероуз, один из списка «врагов Конфедерации», один из самых опасных преступников в мире, на самом деле был в числе мирной экспедиции на Орион?

– Я не хочу, а именно так и говорю. Он был там, и он выжил. Один. Как и я при разрушении щита. Вот вам еще одно сходство.