Мисо-суп

– Вовсе нет. Я бы хотела говорить лучше, но пока не получается. Хочу накопить денег и поехать в Америку.

– Ах вот как. В американский институт хочешь поступить?

– В институт я не могу. Мозгов мало. Я хочу поехать в «Найки Таун».

– «Найки Таун»?

– Тебе нравится «Найки Таун»?

– Найки? Это, что ли, те «Найки», которые производят спортснаряжение?

– Да. Тебе нравится?

– Ну-у… у меня, кажется, есть такие кроссовки… или нет, у меня вроде «Конверс». А почему тебе так нравятся «Найки»?

– Ни почему.

Просто нравятся, и все. А ты был в «Найки Таун»?

– Так я же говорю, я даже ничего не слышал об этом месте. А ты слышал, Кенжи?

– Слышал пару раз, – сказал я. – Но чего только люди не расскажут.

– Это такое многоэтажное здание, где на каждом этаже продают «Найки», – объяснила Рэйка, поправляя лямку от лифчика. – А потом в установленное время на огромном экране начинают показывать рекламные ролики «Найки». Вот. Одна моя подружка туда поехала, так она купила себе там целых пять пар кроссовок.

И я тоже хочу поехать в «Найки Таун» и накупить себе всего-всего-всего. Это моя мечта.

– Мечта? Это у тебя такая мечта – «Найки Таун»? – Фрэнк изобразил на своем лице удивление и несколько раз повторил шепотом слово «мечта».

– Ну да, мечта, – сказала Рэйка и спросила: – А ты где живешь в Америке?

– В Нью-Йорке, – ответил Фрэнк.

– Странно, – скривилась Рэйка, – «Найки Таун» как раз в Нью-Йорке находится…

Фрэнк снова изменился в лице. Получалось, что Рэйка – хоть и без злого умысла – намекнула ему, что тот, кто живет в Нью-Йорке и не знает «Найки Таун», наверное, немного не в себе.

Конечно, это неприятно, но не до такой же степени. Сбоку было хорошо видно, как отвратительная кожа на его лице натянулась и мелко задрожала. Капилляры набухли, как набухает акварельная краска в капле воды. Лицо сперва сделалось бледным, а потом Фрэнк покраснел как рак.

– Это только японцы так возбуждаются по поводу «Найки Таун», – почувствовав неладное, сказал я Рэйке. – Видишь, американцы даже не знают, где это.

В этом «Тауне» вообще, наверное, половина покупателей японцы. И между прочим, Нью-Йорк – огромный город, на Манхэттене свет клином не сошелся.

Все это я проговорил сначала на японском, а потом на английском. Рэйка согласно кивнула. Фрэнк начал потихоньку приходить в себя. И хотя я был почти уверен, что про Нью-Йорк он наврал, я решил по возможности с ним об этом не заговаривать. Хотя бы потому, что Фрэнка эта тема определенно бесила.