Лесной приют. Фэнтези

То одни приютят, то другие, а на дворе – зима.

– А Симка и Жулька?

– С ними, с ними.

– Три зимних месяца питались мороженой картошкой и морковкой, нашли в каком-то погребе. Да кошка с собакой птиц приносили на бульон. За два месяца до родов Нину с мужем приютили алкоголики. Я родилась весной, очень слабой и маленькой. Но меня у мамы сразу забрали, в органах опеки узнали, с кем и в каких условиях живет моя мама. Мама сразу побежала в органы опеки. Но ей сказали, ребенка отдадут, только когда будет прописка.

Вот и все.

– А кто тебе все это рассказал?

– Мама. Она в дом ребенка постоянно приходила.

– Ты ей веришь?

– Верю. Только она наивная очень. У нее действительно все люди добрые. Даже та тетка, что ее обманула, и жизнь искалечила. Она уверена, что с ней просто что-то случилось.

– Ну, предположим, жизнь мы сами себе калечим. Нечего было влюбляться в первого встречного и всякие там мерехлюндии разводить. Вернулась бы в свою провинцию и определилась там. Где родился, там и сгодился.

Нет, всем Москву подавай. – Лайма подошла ближе. – А ты здесь как очутилась?

– Меня удочерить хотели, а я убежала.

– Ну и дурочка, жила бы, как у Христа за пазухой.

– А ты была в этой пазухе? Хорошо там, где нас нет. Меня иностранцы удочерить хотели. А это значит, я маму больше никогда не увижу. Я в России жить хочу. Здесь моя Родина. Только ты сам можешь сделать лучше и свою жизнь, и свою страну. Вот вырасту, выучусь на звериного доктора, поеду в эту Москву, и такие-е-е деньги буду зарабатывать.

Сразу себе и маме квартиру трехкомнатную куплю. И машину, и одежду, и еды много вкусной.

– Ага. Только лучше сразу дом на Рублевском шоссе. Ты знаешь, девочка, сколько квадратный метр недвижимости в Москве стоит?

– Трогательная история, но солнце уже садится. Пройден долгий путь, пора и отдохнуть. – Одноухий вопросительно посмотрел на Профессора.

На ужин зайцы принесли молока и хлеба. Медведи потчевали всех чудесными пряниками, куличами и медовыми коврижками.

Потом подали запеченную рыбу с травами и кореньями. Уха и шулюм в котелке, и костер до утра.

И старинный самовар на еловых шишках с длинной трубой. Дымит, пыхтит, как заправский паровоз.

Впервые после долгих дней и ночей беглецы уснули беспробудным сном.

Маша взяла Хромыша на руки. С нежностью и любовью прижала к себе, погладила.

– За что? – Вздрогнул котенок. – За что ты меня гладишь?

– Просто так. – Улыбнулась девочка.