Цветы Амбраско

– У нас на земле обычно говорят: «отдай проблему небу, и пусть там её решат»

– Что это значит?

– Это значит, сегодня был непростой день и лучшее, что мы можем сделать – просто дождаться завтрашнего дня, чтобы начать всё с начала. Быть может, ты проснешься, а проблемы уже и след простыл.

Моя тревога о будущем была очевидна. Но, услышав его слова, я постаралась последовать им, хотя это и с трудом давалось мне.

Благо, в человеческом мире, в этом огромном городе, было столько внешних вещей, что любые мысли могли утихнуть перед лицом новых впечатлений.

Я смотрела на яркие витрины, рекламные щиты, несущиеся по дороге машины… Я просто впитывала в себя все, что вижу, отгоняя прочь тревожные мысли.

Оказавшись в доме Джона, первым делом я сняла с себя кепку, не имея необходимости больше прятаться под её козырек. Затем, я села на пол и стянула с ног кроссовки. Почувствовав приятную легкость в ногах, я вытянула их вперед и пошевелила пальцами.

– Сильно устала? – спросил из другой комнаты Джон.

– Сильно.

– Прости, но это было все же лучше, чем оставлять тебя здесь одну. – заметил Джон.

Я молча согласилась с ним, а затем прошла в зал, где плюхнулась на мягкий диван и стала наблюдать за ним.

Выйдя из комнаты в другой одежде, Джон прошел на кухню, где налил себе воды и сразу же выпил целый стакан. Затем, он открыл холодильник и стал греметь какими-то предметами.

Я лежала на диване, ощущая в теле легкую ломоту от усталости. Мне нравилось просто лежать и наблюдать за тем, как он возится на кухне.

– Впервые вижу, что ты улыбаешься.

– Улыбаюсь? – удивилась я.

– Да, это когда уголки губ чуть приподняты. Вы, там наверху совсем не улыбаетесь что-ли? – сказал Джон, продолжая что-то делать.

Услышав его, я и в правду заулыбалась.

Джон снова посмотрел на меня и мило улыбнулся в ответ.

– Тебе идет, – добавил он, а после присел рядом со мной.

– Что это? – спросила я, глядя на тарелку в его руках.

– Принес тебе человеческую еду, не знаю, будешь ли ты.

Я поднялась и села рядом с Джоном, забирая у него тарелку.

– Это же сендвич, верно? – спросила я.

– Верно, – сказал Джон, а после улыбнулся.

Признаться честно, я давно ощущала голод, поэтому сразу же попробовала то, что приготовил Джон.

Это был теплый тост белого хлеба, пропитанный сладким вареньем и сливочным маслом, которое начало таять.