Источник красоты

Прозрачная темная гладь воды сияла в лунном свете как зеркало, а полная луна, как бы любуясь собой, отражалась в этой черной глади. Водяные лилии раскрыли нежные лепестки и гордо покоились на ровном зеркале воды. Сильверине хотелось выйти берегу и коснуться воды, нарвать водяных цветов,но Аркус угрожающе зашипел.

– Тссс, это озеро питает Источник красоты, они почти каждую ночь здесь бывают.

– Кто?Кто? – озираясь по сторонам спросила Сильверина, почувствовав опасность и осеклась на полуслове, т.

к. услышала мощные взмахи упругих крыльев. На поверхность озера одна за другой садились белоснежные лебеди. Красивая белая стая плавно опустилась среди водяных лилий и гибкие гордые шеи отразились в воде. Сильверина боялась спугнуть птиц, они казались волшебным миражом на фоне ночи и мерцающих звезд. Прошел миг, лебеди вдруг зашумели, раскнули крылья и так завертелись в бешеном белом вихре, что превратились в огромную шумную массу. Еще секунда и все успокоилось, как будто не было ни шума, ни вихря. Только вместо белых лебедей на темной глади озера Сильверина увидела красивых длинноволосых девушек, которые смеясь, весело переговариваясь между собой, выбирались на берег.Из своего укрытия Сильверина могла отчетливо слышать их звонкие голоса.

– Фу, у меня сегодня даже спина от полетов заболела, мне кажется, сестры, мы еще никогда так много не летали, – сказала белокурая девушка, – Оборачиваться конечно здорово, но иногда просто все кости ломит когда целый день пробудешь птицей.

– Да, а я без полетов вообще не могу, каждый день оборачиваюсь, то совой, то соколом, то хотя бы воробьем, так надоедает быть человеком, – сказала голубоглазая шатенка.

– Лотта, а почему Кристы сегодня нет? – спросила длинноволосая брюнетка у высокой девушки с блестящими темно-коричневыми волосами.

– Она сказала мне, что занята в замке ,ей совсем не до нас, – отмахнулась Лотта.

– Я слышала, она за генерала Боэна замуж выходит, зачем это ей? – выпытывала брюнетка.

– Да ладно тебе, Сунира, что если и так. Это ничего не изменит, она все равно останется нашей сестрой. Да, конечно, среди нас она все-таки исключение. Мы свободны, у нас нет ни привязанностей, ни семей. А у нее семья, дочери, но против природы птицедевы ничего не сделаешь, скоро ее домашним станет заметно, что она совершенно не стареет. Я не представляю, как она выпутается из этого,тем не менее, ей нужно находится там.