Реальное и призрачное. Искусство управлять судьбой

Но что бы он ни попытался сделать, ни к каким следствиям это не приведет. Когда исчерпает себя энергия, переместившая призрак в другой мир или в иное время, он немедленно возвратится туда, где протекает его реальное существование.

– А как же фантомы умерших? Куда они возвращаются? – спросил я.

– Никуда. Они попросту теряют воспринимаемый облик, – ответил Бхаттхачан и продолжал: – Пассажиры того поезда если бы и решили остаться навсегда в Санкт-Петербурге, то и в этом случае обязательно вернулись бы в 1952 год, ничего не изменив ни в своей судьбе, ни в истории.

Для реальных действий необходима материальная составляющая, а они были лишь призраками.

– А каким образом те, кто практикует созерцание, навещают другое время или другие миры? – полюбопытствовал Матилал.

– Я могу говорить только о буддийских монахах, достигших высокого уровня. Они входят в особое состояние созерцания, дающее возможность сотворять магические объекты, в частности свои собственные визуальные дубликаты. Такое никогда не делается ради праздного любопытства или удовольствия.

Энергоинформационный фантом посылается куда-либо только с целью проповеди Учения, причем это особая проповедь – не словами, а демонстрацией чудес. Простые люди больше доверяют глазам,

чем ушам, и зрелище чудес помогает им уверовать в учение Будды.

– Значит, фантомы все-таки могут что-то изменить? – настаивал Матилал.

– Я сказал не о всяких фантомах, а только о магических творениях выдающихся монахов-созерцателей, посланных для проповеди Учения.

Они преобразуют человеческое сознание, а не материальную среду.

Мне не терпелось поподробнее узнать о деятельности Бхаттхачана в его бытность врачом. Дело в том, что в студенческие годы я ничего не слыхал о переливании мертвой крови – на лекциях об этом не говорили. Впервые узнал я об этой проблеме от старого доктора, ветерана Великой Отечественной войны Ивана Петровича К., который и сообщил мне о достижениях в этой области нашего российского хирурга С.

С. Юдина. В 1930 году Юдин в клинических стерильных условиях осуществил переливание крови от мертвого донора пациенту, пострадавшему в автокатастрофе.

Был у Юдина, как рассказал мне Иван Петрович, и предшественник – рядовой земский врач Кузьма Пантелеймонович Янгель, осуществивший рискованный эксперимент на самом себе. В молодости, работая в трудных условиях нищего российского захолустья, он подхватил туберкулез легких, попросту говоря, чахотку.