Легенда о последнем короле гномов

Тиру даже показалось, он видит, как задул ветер, вздымая пелену снега. «Может, это Сильфер? – подумал Тир. – Услышал о том, что нам стал известен его секрет, и уже спешит с отрогов, неся за собой лавину».

– Но как выжил ты, если открыл его секрет? – усмехнулся Торик.

– Помнишь, в легендах были истории, как мы даже не совались в Верхние долины, внезапные снежные ураганы спускались с гор и хоронили в снегу целые поселения, а бабушка пугала нас, что, если мы не ляжем спать, он спустится с гор прямо в пещеры и укроет нас снежными одеялами.

Так вот, он не спустился не потому, что, брат, мы ложились вовремя, тем более мы никогда этого не делали. В той долине я нашел не только жилище Северного ветра, но и ответы на некоторые вопросы. Я поднимался по тропе три дня, то была уже девятая попытка, и удача благоволила мне: не было ни снежных заносов, ни внезапных порывов. Самый опасный путь был вдоль ущелья, я шел по узкому уступу и, вздумай задуть ветер, точно бы полетел вниз. Внезапно ущелье кончилось, и я вышел в небольшую голую заснеженную долину. Бегло осмотрев ее, я понял, что, похоже, это конец тропы и дальше пути нет, но решил все же пройти до конца. К моему удивлению, вскоре я разглядел хижину в конце долины, и из ее трубы явно шел белый дым. Честно говоря, тогда у меня мелькнула мысль, что я все же упал с уступа и ударился головой. Но я поспешил к хижине, вблизи она выглядела очень древней. Я проверил кинжал, так как представить не мог, кто может жить здесь, разве что колдун какой. Набравшись смелости, я вошел, внутри было пусто и холодно, посреди в очаге горел огонь, но синие языки его пламени совсем не грели. Я проводил по нему рукой бесполезно: он не грел и горел, казалось, прям из камней. Внезапно дверь затрясло и распахнуло порывом, снежный ураган ворвался в долину и плотным белым валом летел к хижине. В мгновение ока снег ворвался внутрь, меня подкинуло и начало мотать по всей комнате. Я уже думал, сейчас мне оторвет руки или ноги, но внезапно сквозь плотный снег проступил огонь очага, цвет его с синего изменился на цвет пламени наших подгорных кузниц, и на камнях очага проступили символы – символы Горного короля, Торик. Меня обдало жаром, и внезапно ветер стих, и я упал на пол. У очага я разглядел фигуру из клубящегося в порывах снега, она, казалось, схватилась с огненной фигурой, выросшей из очага. Не помню, как долго они будто боролись друг с другом, снег и пламя смешались.