Разум Черного Короля

Благо, наше начальство наконец-то сподобилось их поставить возле лаборатории, – продолжал говорить профессор, ходя по комнате и пиная ногами связанные в стопки бумаги, а этот аппарат, – Андрей Федорович указал на осциллограф, нарочито ткнув в него пальцем, – Сергей Яковлевич просил отнести к нему в кабинет.

Виталий молча кивнул головой и ухватился двумя руками за первую попавшуюся ему бумажную кипу.

– Короче, занимайтесь, а я пойду в соседнюю комнату, посмотрю отчеты последней научной конференции. Я думаю, что уборка много времени не займет.

Подметать и мыть полы будет техничка, – окончив свою тираду, Андрей Федорович вышел из комнаты.

Оставшись в одиночестве, Виталий бросил на пол бумагу и попытался открыть жалюзи на окне, однако поскольку все попытки это сделать оказались безуспешными, он, с досадой махнув рукой, стал освобождать комнату от макулатуры.

Через полчаса напряженной работы весь мусор перекочевал из будущих апартаментов профессора Тарагаева в мусорный контейнер, и Виталий, вытирая пот со лба, устало опустился на колченогий стул, одиноко стоящий посреди комнаты и уставился ненавидящим взглядом на осциллограф.

По виду это чудо техники середины прошлого века показалось Виталию непомерно тяжелым.

– Вероятно старикашка ученый принял аспиранта за тягловую лошадь! – пробурчал он.

Но делать было нечего, – хочешь, не хочешь нужно было нести. Не хватало, чтобы и Андрей Федорович заподозрил в нем, Виталии, какого-нибудь язвенника. Будет ли Тарагаев в конце работы угощать его бутербродами с соевыми блинчиками, как это делал в свое время Маковский, неизвестно, поэтому стоит поторапливаться – время обеда приближается…

Схватив осциллограф за ручки, ругаясь на чем свет стоит, Виталий вытащил громоздкий и действительно тяжелый прибор в коридор, где тут же столкнулся с охранником.

Тот смерив аспиранта равнодушным взглядом, пошел к выходу.

– Хотя бы помог, что ли, – обиженно пробубнил Виталий и уселся на осциллограф верхом. До кабинета Маковского Виталия отделяли какие-то десять шагов.

Дверь была полу прикрыта, и Виталий слышал, как там возился его злосчастный научный руководитель. Неужели ученую степень надо добывать тасканием осциллографов, а не разрешением стоявших перед наукой задач? Этот философский вопрос Виталий задавал себе с самого первого курса университета, когда его группу на третий же день занятий сорвали с пар, вручили метлы и грабли и отправили на уборку территории городского парка.