Вирус

Но я в респираторе и медицинских перчатках.

– Надеюсь, что это поможет. В любом случае, Григорий Степанович, из больницы никому выходить нельзя. Примите все меры, чтобы те, кого вы обнаружите живыми, не паниковали и не старались выйти. Если вирус вырвется наружу…

– Я вас понял. Результат воздействия вируса на человека вижу сам, его реальную опасность понимаю. Буду держать вас в курсе, – перебил его Рубин и закончил разговор.

В коридоре он осмотрел медсестру. Она лежала на скамейке, тяжело дышала и, прижимая платок ко рту, кашляла.

– Ну как ты, Лена? – спросил он и присел рядом с ней.

– Мне очень плохо, Григорий Степаныч. У меня, кажется, высокая температура. А еще кровь из носа и этот кашель с привкусом крови. Григорий Степаныч, они нас спасут? Они же нас не бросят? – тяжело дыша, негромко спросила она.

– Конечно, нет. Что ты, девочка? В Москве уже лекарство придумали. Нам надо чуть-чуть продержаться, через два часа его привезут, – едва сдерживая слезы, отвечал он.

– Слава богу. Два часа.

– Конечно. Два часа ерунда. Давай я тебе укол сделаю, чтоб кашель, спазм снять. Сразу легче станет.

Лена в ответ кивнула и закрыла глаза. Рубин достал шприц и замешкался.

– Ну, чего вы? Забыли, как укол делается? – слегка улыбнулась она.

– Да, давно не делал, – ответил он тоже с улыбкой и снял с иглы защитный колпачок.

Сделав укол, Рубин погладил девушку по волосам, встал и, отвернувшись, прижал руку к мокрым от слез глазам. Он пошел по коридору, бросив на пол пустой шприц.

Проверив все открытые кабинеты, подошел к отделению интенсивной терапии. Заглянул в окошечко и дернул дверь на себя. Закрыто. Он постучал и заметил в коридоре силуэт.

– Юля, это я, Григорий Степаныч! – громко сказал Рубин.

– Ой, Григорий Степаныч! Я сейчас открою! Татьяна Михайловна, Григорий Степаныч пришел! – послышалось из-за двери.

– Стой! Не смей открывать! – закричал Рубин, когда девушка стала отпирать замок.

– Почему?!

– Не смей, говорю! Закрой обратно! – потребовал он.

– А что нам делать? – медсестра повернула замок.

– Скажи мне, как вы себя чувствуете?! – заглядывая через окошечко, спросил Рубин.

Девушка обернулась назад, посмотрела на коллегу, женщину лет сорока пяти, и ответила:

– У нас все нормально. У Татьяны Михайловны давление скачет от всего происходящего.

– Давление это ничего. Самое главное, дверь не открывайте.

– Григорий Степаныч, Лена пошла узнать, что происходит.