Сотворение Волжской России. 4 книги

Сафонов и Цекач вместе с этим аппаратом и депутатами в экстренном порядке должны были подсчитать затратную часть бюджета и подготовить предложения по его доходной части.

– В новом масштабе цен, – спросил Сафонов, – минимальная у нас остается 84 копейки?

– Давайте посмотрим три варианта, Николай Степанович. Первый: 1 рубль. Второй: 10 рублей, всё же хоть будет соответствовать прожиточному минимуму, и, наконец, средний, третий вариант: 5 рублей. Теперь о наличности. Я вчера не зря задал такой масштаб цен, ибо пока у нас вообще нет бумаги, а тем более бумаги для дензнаков, то выпуск монет достоинством от 1 копейки до хотя бы 10 рублей наладить вполне возможно.

Значит, Михаил Павлович, свяжитесь с директором Трубного, мы с ним вчера уже обсуждали эту тему. У него можно в БРЦ организовать монетный участок. Сегодня там должны уже начать перестановку оборудования для штамповки монет, а его художники, которых мы сняли с работы на валу, готовят их эскизы. Так вот, с завтрашнего дня, Вы, пожалуйста, возьмите на себя координацию их работы с банкирами, Жилин пусть займётся организацией режима охраны и секретности этих работ, а то наши мастера начнут печатать фальшивые раньше, чем мы – подлинные.

Цекач согласно кивнул и спросил:

– Андрей Андреевич, а как быть с документами? Ведь Закон о банковской системе будут рассматривать в Думе не меньше месяца.

– Да хоть 10 лет. Сегодня на Совете обороны примем решение, что законы Волжской России будут на время военного положения подписываться и вводиться в действие мною, а городская, или правильнее теперь, государственная дума рассматривает эти законы, уточняет и вносит поправки.

Сафонов покачал головой.

– Но это, извините, Андрей Андреевич, диктатура, ничем не ограниченная монархия какая-то.

– Снова-здорово, – вступил в разговор Зенин, – во-первых, эти, да и другие законы готовятся не Андреем Андреевичем, а специалистами; а во-вторых: ситуация сейчас такая, что немедленно нужны нормативные акты, отличные от тех, по которым мы жили до сих пор.

Стабилизируется положение, и тогда можно будет возвращаться ко всему, что сделали, доделывать и исправлять, как жизнь подскажет. А сейчас висим на волоске.

– Люди не поймут, Борис Васильевич, – не сдавался Сафонов.

– Люди как раз понимают, что мы спешим встроиться в этот мир с минимальными потерями и надеются, что этот болезненный напряжённый процесс пройдет как можно быстрее.