По стопам богов. Между двух миров

– Всего лишь толчёная известь, – спокойно ответил Медути. – Раньше её часто использовали в школе писцов в Уасет, чтобы мотивировать неуправляемых учеников и добиться от них покорности. Самые нерадивые ходили с седыми волосами. Всем было видно тех, кто пропускает занятия и не выполняет задания.

– Если ты хотел, чтобы я пришёл на занятия, мог бы просто позвать, а не устраивать это представление! – Покраснел Нахтамон. – Ты не представляешь, что сделает с тобой моя мать, когда узнает…

– Ты хочешь, чтобы она узнала, что ты забросил учёбу?

– Нет… Ты не можешь так поступить со мной.

– Я – нет, а вот Кеми и Аха по моему приказу могут опустить тебя в известь. И твой отец поступил бы также.

– Медути, я больше не буду пропускать занятия, обещаю. Отпусти меня!

– Не будешь, – согласился писец, достав свои свитки из тубуса, – ведь деваться тебе уже некуда. Ты сам загнал себя в это положение, Нахтамон. И сейчас твоя судьба у тебя в руках. На этих свитках записаны тексты на персидском, эллинском и латинском языках.

У тебя будет немного времени, чтобы перевести их. Через каждую десятую часа Кеми и Аха будут опускать тебя на один палец вниз. Если ты будешь медлить, твои волосы постепенно начнут терять свой естественный цвет. Это ведь гораздо интереснее, чем наши обычные занятия, правда?

– О, Амон, да ты спятил… Я же вишу вниз головой! – возмутился юноша.

– Говорят, что в таком положении кровь лучше поступает к мозгу. Время пошло! – произнёс Медути и поставил на столик, где стояла ваза с фруктами, механический измеритель времени.

Нахтамон был в шоке от поведения своего учителя. В его глазах застыл гнев. Медути – суровый учитель, но он никогда ещё не применял грубую силу. Это не его методы, разве что Хентит Сатамон подтолкнула его к этому! Только по её приказу он мог так поступить…

Писец взял со стола маленькую корзинку с финиками и отправился к балкону. Когда он вышел из комнаты, наследный принц грозно посмотрел на воинов, раскачался на цепях и бросил свитки в их сторону, насколько ему позволяли связанные руки.

– Господин? – удивлённо посмотрел на него Аха. Кеми стал быстро собирать папирусы.

– Неужели вы и правда думаете, что я стану переводить эту писанину? – рявкнул Нахтамон.

– Ты бы послушал старика, – шёпотом ответил Аха, остановив раскачивающегося на цепи юношу. – Он, кажется, совсем с катушек слетел…

– Если ты не подчинишься, у него есть второй план, – подтвердил Кеми. – И лучше бы до него не дошло дело.