Малое Солнце

 – Наверное, только самый недалекий идиот способен поверить во всю эту чушь».

Любой колонист знал, сколько на самом деле проблем окутывает этот новорожденный мир. Сколько пустяковых и серьезных трудностей возникает там, где совершенно их не ждешь. Каждый знал, как хрупок тот мнимый баланс, который дает жизнь первой колонии. Первой, что пересекла астероидный пояс, раскинувшийся поодаль за Марсом. Миллионы километров прочь, – и лишь там Юпитер, самая крупная и тяжелая планета Солнечной системы, стал следующей отправной точкой.

Достаточно далекой точкой, чтобы испытать человечество на прочность, и достаточно удобной в плане добычи ресурсов. Именно здесь, на рубеже возможностей человечества, и было решено основать колонию. Но только не на самом Юпитере, разумеется. Юпитер – газовый гигант, совершенно не пригодный для какой-либо жизни. Чудовищная радиация его поясов отравляла окружающее пространство на сотни тысяч километров вокруг. Именно спутники гиганта стали точкой опоры в попытке человечества устоять в первом, по-настоящему взрослом шаге. И этот шаг был направлен не на соседние Луну или Марс, а в мрачные глубины враждебного космоса. И даже если этот шаг станет фатальным, в новостях все равно скажут, что все хорошо.

– Кому нужна эта чертова ложь, когда все все и так понимают?! – мелькнула мысль в голове Джейдера.

Теперь, после выпуска воодушевляющих новостей, на голографической проекции играл ролик, посвященный криойогуртам.

– Такое ощущение, что все проблемы колонии сводятся к трудностям пищеварения.

Далее была короткая сводка о сильных магнитных бурях на Юпитере и протестах миллионов безработных на далекой Земле.

– Странно, Юпитер в последнее время очень неспокоен. Никогда прежде не видел таких магнитных бурь. Будь они немного сильнее, и, – Джейдер не стал додумывать, – до добра это точно не доведет.

Череду размышлений развеяла нарастающая невесомость. Ему пришлось взяться за поручень, чтобы не отправиться в неконтролируемый полет. Лифт тормозил с ускорением 1,2 метра в секунду, что было равно ускорению свободного падения на Каллисто.

В такие моменты создавалось ощущение полной невесомости. Однако вскоре притяжение вернулось, лифт плавно закончил движение и бесшумно распахнул двери.

– Джейдер, ну наконец-то. Входи, – голографический экран замерцал, и тяжелая гермодверь инженерной палубы разъехалась в стороны.

– Доброе утро, Монар.

– Пятьдесят третий час каллистианских суток, черт тебя бы побрал, Джейдер.