Берсеркер Скверны

* * *

БТР тяжело сдвинулся с места на смятых ободах с обрывками протекторов. Йап-повый ком дернулся в сторону, пытаясь отползти, подобно гигантской улитке. Но и скорость у него тоже была не больше, чем у медлительного слизняка.

Машина наехала на кудло тварей и чуть качнулась. Виктору показалось даже, будто он расслышал под днищем отвратительный чавкающий звук.

Ком распался. Уцелевшие живые шары расползались в разные стороны, но все уже изменилось: вместе с единством Йап-пы утратили ментальную власть над неразумными мутантами.

Раненая Гуся вновь ожила. Чужая воля больше не сдерживала ее, и тело монстра пришло в движение. Шипастое кольцо быстро сжималось вокруг рокочущего БТРа. Иглы гигантской гусеницы вспарывали землю, пронзали мертвые тела зеленокожих дикарей и протыкали расползавшихся Йап-п.

Виктор нажал на газ. Увы, машина с разорванными колесами не могла набрать достаточную скорость, чтобы снова перескочить через шипастую преграду. Кольцо Гуси сомкнулось. Тяжелые, усеянные колючками сегменты навалились на БТР, погребли его под собой.

Шипы заскрежетали о броню. Застрявший бронетранспортер дергался и трясся всей своей многотонной массой, ревел двигателем, будто жертва, опутанная удавом, и не мог сдвинуться с места. А Гуся сдавливала машину все сильнее, сильнее…

Навалившаяся сверху тяжесть захлопнула бронезаслонки на смотровых окошках. Самые уязвимые места – смотровые триплексы – оказались закрытыми, но это было слабым утешением.

Виктор в ужасе увидел, как на крыше и бортах появляются пупыри.

Невероятно, но шипы Гуси продавливали броню! Это ж какая силища должна быть у твари?! И какой прочности должны быть ее иглы?! Пара шипов попали в открытые бойницы и теперь, расширяя отверстия, входили все дальше и дальше. Послышался пронзительный скрежет и тягучий звук сгибаемого башенного орудия. Испуганный стрелок соскользнул со своего места вниз.

– Все от бортов! – крикнул Виктор. – Присесть!

Дружинники сгрудились в центре десантного отсека. Пригнулись, присели.

Слава богу, хоть князь уже пришел в себя. Игорь Сибирский непонимающе тряс головой, но пугающей пустоты в его глазах больше не было.

Внутри отчетливо ощущалась вонь выхлопов, мешающаяся с острым уксусным запахом.

Гуся продолжала мять ревущую и рвущуюся из ее объятий машину. Металл поддавался. Кончики шипов появились уже не только в бойницах – несколько игл проткнули крышу и башню и прошли сквозь борта, бронещиток, закрывший водительское окошко, тоже поддался.