Дикий Феникс

Левка его не услышал и не отозвался. Ни сам Левка, ни Левкина подружка.

«Кто это – Светка? Танюха? Надя?» – не к месту и не ко времени попытался угадать Дмитрий. Танюху и Светку он не прочь был бы увидеть голыми. Но не сейчас. Не при таких обстоятельствах.

Дмитрий сдернул одеяло.

И не удержался.

– Твою ж мать! – снова вырвалось само собой.

Левка лежал со Светкой – грудастой платиновой блондинкой. То, что оба мертвы, было понятно сразу. У Левки во лбу – маленькая дырочка. Сзади – развороченный затылок.

На подушке – разбрызганная кашица мозгового вещества. У Светки – два пулевых ранения: одна пуля пробила роскошную левую грудь девушки, вторая вошла чуть ниже. Наверное, обе попали в сердце.

Трупы лежали в кровяной луже, натекшей в ложбинку продавленного дивана.

Судя по всему, убийца проник в квартиру, когда Левка и Светка занимались любовью, и даже не дал им одеться. Хладнокровно расстрелял обоих, затем набросил на трупы одеяло и удалился.

Как он вошел, если замок на двери цел? Что искал? Ради чего убивал? Почему смог уйти незамеченным после стрельбы, которая, по идее, должна была переполошить весь подъезд? Звукоизоляции-то в панельном доме – практически никакой.

Вопросы, вопросы… Ответов не было.

Дмитрия начала бить нервная дрожь. Соображалось туго. Шокированный увиденным мозг пробуксовывал.

Дмитрий сунул свернутую в трубочку «Метрополию» под мышку: почему-то не хотелось класть газету в комнате с трупами. Вытащил из кармана мобильник. Надо позвонить.

Куда надо…

– А вот этого делать не нужно, молодой человек, – раздался сзади негромкий насмешливый голос.

 – Ну-ка брось трубку. Живо!

* * *

Момент для препирательств был не самый подходящий. Да и душевное состояние не то. Дмитрий послушно разжал пальцы. Мобильник упал на диван, стукнувшись о голую ногу Светки.

– Теперь повернись, – приказали ему. – Только аккуратненько, без резких движений.

Дмитрий повернулся. Медленно-медленно. Он спиной чувствовал, что на него сейчас смотрят не только глаза неизвестного визитера.

Ну да, так и есть! Первое, за что зацепился взгляд, был темный вытянутый цилиндр, направленный в его сторону. Цилиндр крепился к пистолетному стволу. Вроде бы к «Макарову».

«Глушак! – промелькнуло в голове. – Вот почему никто не слышал выстрелов».

Все было, как… Как в каком-нибудь дешевом боевике, все это было.

Глушитель смотрел в живот Дмитрию. Там сразу стало холодно и неуютно – будто в область пупка приложили лед.