Князь-волхв. Тропа колдунов. Алмазный трон (сборник)

Замысел понятен: разрубить Итиро топором, размазать его щитом о каменные зубцы или просто выпихнуть с башни, как с помоста-дохё[16 - Возвышение, использовавшееся в прошлом для борьбы сумо.]. И шансов уцелеть в этом идзинском хакудо[17 - Устаревшее название сумо.] не так уж и много.

Итиро вновь держал в одной руке меч, вырванный из-за спины, в другой – крюк-кинжал. Противник приближался, выставив щит и занеся топор. Торчавший из-за щита конусовидный шлем – цельный, металлический, гладкий, с опущенным забралом – не пробить и не сдернуть с безопасного расстояния броском кекецу-сеге.

Да и нет уже между ними безопасной дистанции: враг подошел практически вплотную.

Это был умелый и опытный воин. Идзин не отвел щит и не открылся, нанося удар. Тяжелая секира мелькнула над головой Итиро, и синоби едва успел подставить клинок сикоми-дзуэ под глубокий нижний вырез боевого топора. Ему удалось отвести чужое оружие в сторону. Широкое лезвие со звоном и скрежетом обрушилось на каменную кладку возле правого плеча Итиро.

Брызнула сколотая щебенка.

Не имея возможности пробить прочный вражеский щит, свой ответный удар Итиро нанес по его верхней кромке. Стремительное движение левой кисти – и крюк кекецу-сеге, словно коготь гигантского зверя, зацепил обитое кожей и укрепленное железными полосами дерево. А когда идзин снова взмахнул топором, Итиро дернул щит на себя и вниз, буквально повиснув всем телом на левой руке противника. Идзин, не ожидавший подобной хитрости, шатнулся вперед. И открылся, наконец! Щит опустился.

Между его верхним клепаным краем и стальным шлемом щитоносца появилась широкая щель. Вот туда-то и скользнуло острие сикоми-дзуэ.

Темный клинок вошел под ворот доспеха. Пронзил идзина сверху вниз. И вырвался обратно в кровавом фонтане, провожаемый предсмертным хрипом умирающего.

Так, а что стрелок?! Стрелок-сигнальщик все еще возился со своей громоздкой метательной машиной. Итиро действовал быстрее. Взмах левой рукой. Веревочный хвост устремился через разжатые пальцы за брошенным кинжалом-крюком.

Кекецу-сеге зацепился за ложе самострела. Итиро перехватил веревку, дернул ее на себя. Оружие выскользнуло из рук идзина.

Прыжок, еще один. Безоружный противник поднял руки, прикрывая голову. Итиро ударил ниже. Меч синоби рассек грудь и вошел глубоко в живот. Вывалил кишки, выпустил душу.

Все! Хара[18 - В данном случае – живот, центр туловища.] стражника вспорота до паха. Верхняя смотровая площадка очищена от врагов.