Мертвый рай

А перекрывать из-за таких идиотов единственную скоростную транспортную артерию – убытков не оберешься. К концу дня колеса размажут человеческие останки по всему району. А наутро, матерясь, будут отскребать асфальт уборщики коммунальных служб или чистильщики транспортного департамента.

Денис поежился. Лезть на Трассу не хотелось. И даже если полезешь, проскочишь если – убежишь ли?

– Эй, тормоз, очнись! – оргский вожак чуть повысил голос. Правда, более живым от этого его голос не стал. Просто – громче. Собеседник по-прежнему сдерживал свои чувства.

Зачем-то. – С тобой, кажется, разговаривают. Адрес?

Денис сжал зубы. О, с каким удовольствием он впихнул бы в пасть обладателя черной куртки шоковую дубинку! По рукоять. И пустил бы разряд, да помощнее.

Увы, «мудак» сейчас лежал дома. Выносить на улицу шокер чревато.

– Я живу… живу… – начал Денис, лихорадочно соображая.

Что? Что делась?! Сказать правду – значит, обрубить все пути к отступлению. Обмануть – обречь себя на издевательства, пытки, увечья и смерть, когда отступать уже будет некуда.

Бригадир Волков кивнул шестерке. Шепелявый вновь встряхнул жертву. На тротуар посыпались оборванные пуговицы, жесткий воротник резанул по горлу, расцарапал кожу на шее.

Денис захрипел и закашлялся, выигрывая еще несколько мгновений.

* * *

Рейсовый автобус – стандартная тройная «гармошка»; вдоль бортов – внешние металлические щиты; над щитами – грязные триплексы – вырулил из-за изгиба Трассы. Неуклюжий транспорт подъезжал к укрепостановке и жался к обочине.

Если не будет проблем, автобус уткнется в закрытую платформу на пять-шесть секунд. Достаточно, чтобы выплюнуть из салона одних пассажиров и заглотить других. Но маловато для эффективной диверсии. Так, по крайней мере, считают авторы транспортных инструкций.

Пять, даже шесть секунд – это почти ничего. Но все же… Не переставая кашлять, Денис боковым зрением поймал просвет в бесконечной веренице автоконтейнеров. Быстро и точно – как в экзаменационных тестах на реакцию – рассчитал маршрут.

Должен успеть.

Так… Руку в карман. Ничего запретного, ничего опасного там, конечно же, нет – это известно и ему, и оргам. Есть лишь мелочь, приготовленная для подобных случаев. Носить в кармане горсть монет – не противозаконно. А швырять – удобно. В лицо! В морду! В рожу!

Бросок.

Металл весело звякнул в воздухе.

– Кожел! Пашкуда!

Беззубый шестерка взвопил от боли. Кажется, пара монеток из звонкой рассыпчатой картечи угодили шепелявому в глаз.