Мертвый рай

Недостаточно подходящих человеческих ресурсов, недостаточно времени для спецподготовки, недостаточно средств в тощем бюджете… Вербовщики еще кое-как наскребают достойных кандидатов для президентской Гвардии. Но с каждым годом – все меньше и меньше. А потому гвардейцы нынче жуткий дефицит. И живые, и мертвые.

Фурцев вздохнул. Обычно ему приходилось довольствоваться солдатами милвзводов. Среди них тоже попадались неплохие экземпляры, но милвзвод – есть милвзвод. Боевые летчики объединенной федеральной тактико-стратегической авиации, вернее, жалких ее остатков, и те по скорости реакции сильно уступают президентским гвардейцам.

– Офицер, если хотите доложить Президенту о готовности… хм… полуфабриката – прекращайте отстрел хоть завтра…

Доктор сознательно не обращался к начальнику Гвардии по званию: все-таки между гражданкой и армией пока, слава Богу, существует граница, пусть и формальная. Имени же своего собеседника он просто не помнил. В главном Периметре страны не принято обращение по именам – здесь не вшивая провинция.

А что касается фамилии – то и это для Воронова – слишком много чести.

В общем, «офицер» будет в самый раз.

– …Но если вы намерены дождаться окончательных результатов работы, придется продолжить.

– Пр-р-родолжить?!

Показалось, или в тоне собеседника, действительно, проскользнули рычащие нотки?

– Пр-р-родольжить, – кивнул Фурцев, передразнивая собеседника. – Отстр-р-рел.

– Послушайте, из-за ваших опытов Гвардия редеет быстрее, чем пополняется. Думаю, когда Президент узнает…

– Думаете? Вы и это умеете? В таком случае вы должны понимать, что после подробного отчета о м-м-м… вынужденных потерях, первой с плахи покатится ваша голова.

Ведь до сих пор вы молчали. И, насколько я понимаю, потому лишь, что опасались критиковать проект, изначально одобренный самим Президентом. Ценой вашего молчания стала жизнь двенадцати… нет, сегодня – уже тринадцати гвардейцев. Хоть я и не силен в военных науках, но сдается мне – это больше чем отделение. Почти суточная смена личной охраны Главы государства! Вы уже основательно влипли, офицер. И давать задний ход поздно.

Воронов уподобился убитому гвардейцу. Неподвижный, молчаливый. Стоячий труп, да и только! Таким он нравился Фурцеву больше.

– И потом, с чего вы взяли, что президент не в курсе реального положения дел. Вы, конечно, возглавляете службу его охраны, но именно поэтому являетесь слишком опасной персоной. Приемная младшего помощника – максимум, куда вас пускают.