Операция «Танненберг»

– Тогда, быть может, вы признаете мою правоту и в другом? Мне кажется, будет справедливо, если в будущем Священная Римская империя, подчиняющаяся исключительной и абсолютной власти императора, начнет расширять свои владения за счет западных европейских земель, в то время как Литва, Польша и русские княжества станут плацдармом для продвижения братства Святой Марии на восток. Мы будем жить, как два мирных соседа, не мешая друг другу расти и помогая по мере необходимости.

Рупрехт умолк, криво ухмыляясь. Вообще-то, все это напоминало дележку шкуры еще неубитого медведя.

Но Бурцеву отчего-то улыбаться не хотелось. Даже мысленно.

– Ну, так как? Устроят ли мои требования вашего верховного магистра? Или решать такие вопросы не в вашей компетенции и потребуется еще одно посольство?

Бурцев кивнул:

– Устроят.

Настоящий посол, возможно, и поостерегся бы говорить за гроссмейстера братства Святой Марии, но ненастоящему – проще. Ненастоящему можно раздавать любые обещания.

– В таком случае остается последний нюанс, – император подался вперед.

Рупрехт смотрел на собеседника не моргая. – Кто кому помогает первым? Орденские отряды под моим руководством наводят порядок в империи или я собираю войска спесивых курфюрстов для нужд ордена? Для меня, конечно же, предпочтительнее первый вариант, но вас, как я понимаю, поджимает время. Польша, Литва и Русь – беспокойные соседи, не так ли?

– Так.

– Ну, а раз так, может быть, мы обсудим сумму, которую в состоянии заплатить тевтонское братства за то, что я окажу услугу первым?

– Сумму?!

Рупрехт Пфальцский оказался хватким монархом.

Такому палец в рот не клади.

– Ну конечно. Все наслышаны о богатствах ордена Святой Марии, господин посол…

Протяжный заунывный звук, похожий на стон издыхающего мастодонта, неожиданно прервал их беседу. Звук доносился снаружи, откуда-то из-за стен замка, и через окна-бойницы проникал в комнату переговоров.

Рупрехт нахмурился:

– Рог? Кого принесла нелегкая?

Из узких оконцев разглядеть это оказалось невозможно.

Из бойниц вообще не видно было замковых ворот. Зато смотреть, как мечутся по верхним боевым галереям фигурки стражников, ничто не мешало.

Рупрехт шагнул к двери. Отодвинул засов. Приказал страже:

– Проверить, кто прибыл. Быстро!

Ждать пришлось недолго.

Молодой оруженосец, посланный на стены, вернулся перепуганный и озадаченный. Оруженосец хлопал глазами, пялился то на грозный лик императора, то на насупленную физиономию Бурцева. И молчал.