Танго на троих

К своим двадцати шести годам он обзавёлся внушительным багажом навыков и востребованных профессий. Он уже состоялся как прекрасный фотограф, но внезапно ушёл с головой в постановку танцевального шоу. Танец всегда был нашей общей слабостью. Потом, возомнив себя великим кутюрье, Фели занялся разработкой собственной коллекции мужской одежды, а в результате стал лицом модного глянца и на целый год застрял в модельном бизнесе.

Дух противоречий разрывал его, и Феликс, ведомый страстями, каждый раз погружался в очередной водоворот ярких событий и новых открытий.

Такой непостоянный!.. Неизменным оставались лишь его привязанности ко мне и то, что он никогда не покидал искусство и верил во всё, что творил. Его умение видеть и чувствовать прекрасное должно будет в конечном итоге принести свои плоды и удовлетворение моему другу. И вот сейчас мой Феликс снова мегапопулярный фотограф… готовящий большое танцевальное шоу.

После разговора с Филом я улыбаюсь и готова покорить весь мир. Когда-то вот так же, с помощью нескольких слов, меня заряжала позитивом моя мамочка.

Теперь моим аккумулятором стал Феликс. День, который начался с пожелания удачи от моего друга, просто обязан быть прекрасным!

Глава 6

2003 год

С Эльвирой мы больше не конфликтуем, да и времени для этого совсем нет. Каждое утро я проглатываю полезный завтрак, приготовленный приходящей домработницей Ниной, и тороплюсь в школу. Выходить приходится за час, так как не всегда удаётся втиснуться в переполненную маршрутку.

Ежедневно, при входе в школу меня встречает мамина улыбка с большой фотографии на стене. Мне нравится думать, что мама желает мне удачи, и я с энтузиазмом включаюсь в учебный процесс. Теперь гранит науки я грызу в разы усерднее, чем раньше, и даже с каким-то остервенением. Когда мама была жива, я изучала два языка – французский и английский. Теперь же английскому я стала уделять вдвое больше времени и на порядок больше старания. Тем более новый преподаватель французского ничего нового дать мне не может.

Даже подозреваю, что ему самому до моего уровня, как до Парижа. Желающих изучать гламурный язык в нашей школе сильно поубавилось. А в остальном в шумном школьном улье всё, как прежде.

После уроков я обычно сижу в кабинете Шерхана и делаю домашнее задание, ожидая Витька. Уроков у него больше, чем у меня, и заканчиваются они, следовательно, позднее. Потом мы вместе едем на тренировку, где я выкладываюсь до полной потери сил.