Тайный рыцарь

Сегодня пацан стал немного богаче…

Пруссы закричали пуще прежнего приветствуя юнца. Азартно заулюлюкали и степные воины. Любые конные забавы всегда будут по сердцу кочевому народу.

К селению Глянды тем временем приблизились проигравшие. Спешить им теперь было некуда. Хрипящие загнанные кони пошли шагом. И долго еще будут ходить по кругу, остывая после изнурительного состязания. В седлах покачивались угрюмые всадники, так и не угнавшиеся за удачей. Многие завистливо глядели в спину шустрому мальчишке. А из леса неторопливой рысью выезжали другие победители.

У каждого поперек седла – добытый в честной скачке приз. Объемистей и увесистей чем тот, что достался пацану.

– Интересные у вас, у пруссов обычаи, дядька Адам! – сказал Бурцев.

Лучник в волчьей шкуре польщено улыбнулся:

– Наши тайные обряды еще интереснее, пан Вацлав.

– Правда? – навострила ушки Аделаида.

Дядька Адам вмиг посуровел:

– Сегодня ночью пройдут общинные моления об искуплении грехов. Будет покаяние, кара и жертвоприношение.

Будет много криков и шума. Вам на это смотреть не нужно.

– Это так страшно? – Бурцев вспомнил: дядька Адам вроде бы уже предупреждал вчера о каких-то ужасах предстоящей ночи.

– Нет, не страшно. Но это опасно. Чужаки, которые становятся свидетелями вайделотских обрядов, должны умереть. Мне кстати, тоже нечего делать на общинных моленьях. Я не принадлежу к этой общине. Но меня, по крайней мере, не убьют, увидев на улице. Я – прусс. Вы – нет. Вы исповедуете другую веру и вас, как святотатцев, ждет смерть.

– Поэтому ты советовал нам переночевать за частоколом?

– И советую сейчас. Поверь, пан Вацлав, так будет безопаснее. Мой народ радушен и гостеприимен, но непримирим и жесток, когда дело касается наших богов и тайных обрядов.

– Не собираюсь я уходить из нашего дома в вонючий татарский шатер! – заявила Аделаида. – Чего это ради?! Хватит, наночевалась я уже по шатрам. Да там и места нет.

Бурцев усмехнулся. Надо же, какой прогресс! Дочь Лешко Белого именует их скромное жилище «нашим домом».

А ведь раньше иначе как языческой халупой не называла. Что же касается места…

– Для нас с тобой у Бурангула всегда найдется местечко, – попытался он урезонить супругу.

– Все равно не пойду! – упрямо стояла на своем княжна. – Мне и здесь хорошо. Ну, не хорошо, конечно, но лучше, чем…

– Значит, я просто утащу тебя силой, – перебил Бурцев.

Аделаида чуть не задохнулась от злости. Лицо ее пылало.

– А я… я… Сбегу я, вот! – пригрозила она.