Тевтонский крест

: Силезия, Малая Польша, Великая Польша, Мазовия и Куявия, о которых речь пойдет дальше, – польские княжества], сын Генриха Бородатого и добродетельной Ядвиги, самый могущественный из всех польских князей. Пан Генрих собирает войска для защиты христианских земель, а мы его за это славим, как можем. Мы ведь всего-навсего мирные землепашцы, несчастные беженцы, спасающиеся от набега язычников. Воевать не обучены, но если нужно воздать хвалу сиятельному князю, так это завсегда пожалуйста.

Бурцев попытался растормошить память.

– И от каких-таких язычников вы спасаетесь? – задал он следующий вопрос. Раз понимают его, отчего ж не спрашивать-то?

– Известно от каких – от богопротивных тартар, сынов Измаиловых, – поляк закатил глаза и затараторил, как по писанному. – Народ сей выпущен из адовых пещер на далеких островах нам на погибель, за грехи наши. Сами они подобны диким зверям и питаются человечиной. А кони их быстры и не знают усталости.

Достаточно. Пока достаточно. Главное уже понятно.

«Генрих Благочестивый, самый могущественный из польских князей…» Значит, сто пудов – Польша. А «тартары», надо полагать, – это татаро-монголы, дорвавшиеся до старушки-Европы.

– Какой нынче год? – оборвал Бурцев говорливого собеседника.

– Чаво? – глаза рыжего чуть не выкатились из орбит.

– Год, спрашиваю, какой?

– Так это… 1241-ый от Рождества Христова. Или если пану угодно – 6749-ый от сотворения мира.

Подумав немного, поляк добавил:

– Весна у нас нонче, март месяц.

Глава 7

– Тяжкое испытание, лихая година… – снова заскулил крестьянин, но вдохновенный экстаз плакальщика-одиночки уже иссякал. Теперь в глазах поляка появилось ответное любопытство. Что ж, вполне естественно: нечасто, наверное, на местных слякотных дорогах встречается измазанный грязью по самые уши тип с резиновой дубинкой «РД-73» в бронежилете, помеченном надписью «ОМОН» и потерявший к тому же счет времени.

Бурцев глянул поверх голов. Среди столпившихся землепашцев и воинов он выделялся высоким ростом. Людишки в средние века все же мелковаты против бойца отряда милиции особого назначения из третьего тысячелетия.

Как он и предполагал, оркестром многоголосых глоток дирижировал всадник, занимавшия почетное место в самом центре взбудораженного собрания. Уверенная посадка выдавала в нем прекрасного наездника.