Мой одноклассник – бог

Длинные волосы убраны в небольшую дульку на макушке, крупное тело спрятано за красным свитером со  скандинавским орнаментом.

– Привет, Лея, – обратился ко мне Ларс по-английски.

Он не называл меня Лесей или Олесей, потому что не мог выговорить мое имя. Мы остановились на Лее или Ли, как на чем-то более-менее похожем. Для меня до сих пор загадка, почему мама, имея мужа-финна, назвала детей Олесей и Алексеем. Как она сама говорила, это в честь ее бабушки, а имя Алексей маме всегда нравилось. Правда, еще были варианты назвать меня Лисса или Кисса.

В детстве мне казалось классным имя Лисса, а имя Олеся напрягало. Оно казалось старомодным и неуместным. Сейчас я привыкла, меня все устраивает. Было бы забавно, если бы в России я жила с именем Кисса. Широкое поле для шуток остроумных одноклассников.

– Привет, Ларс, – на это моих знаний английского хватало.

– Ларс помогал  настроить телевизор, твой папа опять подключил  больше каналов, чем я в состоянии посмотреть! – бабушка покосилась на меня, потом перевела взгляд на парня, – Оставляю вас наедине, иначе мой пирог совсем засохнет, – бабушка обратилась к шведу по-английски, ко мне же по-русски, – Скоро приду.

Мы с Ларсом уставились друг на друга. Он тут же очаровательно улыбнулся, демонстрируя белоснежные и ровные зубы:

– Лея, извини, что мало писал. Был занят с папой. Я соскучился.

Я пожала плечами:

– Все нормально, нам задают очень много домашней работы. И я ее делаю. Что нового?

– Папа купил мне машину, теперь  гораздо проще ездить между домом, работой и университетом.

– И какая машина?

Все следующее время Ларс хвастался мне автомобилем, показывая фото на телефоне. Из-за видеосвязи качество было ужасным, марку я так и не запомнила, понравился только серебристый цвет. Ларс бегло говорил на английском, и некоторые его фразы я не могла понять, но не хотела просить повторить еще раз. Он был очень воодушевлен, больше, чем обычно. Я не знаю более спокойного и неэмоционального человека, чем Ларс Линдберг. Правда, со мной он бывал веселым и разговорчивым.

Как сейчас, когда рассказывал, как папа выбирал  машину, как они ездили в салон, как было на тест-драйве, какие колеса, и много еще того, чего я не поняла. Даже если бы уровень моего английского был высоким, я бы все равно ни словечка не разобрала – Ларс говорил о механизмах, устройстве автомобиля – о вещах, бесконечно от меня далеких. В какой-то момент показалось, что я засну прямо сейчас, а телефон упадет мне на лицо.