Меланхолия

– Да вы одержимы, – с улыбкой сказала Хант.

– В какой-то мере вы правы, Кэролайн. Это можно назвать одержимостью. Вы знаете, начав заниматься рафтингом, я покорил множество сложнейших и опаснейших рек, среди которых река Колорадо в Аризоне, река Ноче в Италии и река Пакуаре в Коста-Рике. Но одна из рек осталась непокорённой. Алсек. Это река в Британской Колумбии, штат Юкон. Пыл и нрав этой реки мне было не обуздать. У реки очень своенравный характер. Алсек протекает через непроходимую тундру. Это удивительное творение природы поражает скалистыми обрывами, ледниками и плавающими айсбергами! – лицо Хадсона вдруг нахмурилось, он прикусил губу и продолжил, – Порой даже самых опытных спортсменов тут ждало фиаско – самый сложный участок реки – каньон Тёрнбэк.

Из-за опасных порогов и каменистых шивер[25 - Ши?вера – относительно мелководный (глубина до 1,5 – 2 м) участок реки с беспорядочно расположенными в русле подводными и, выступающими из воды камнями и быстрым течением.] он считается несудоходным. Впервые этот каньон смог пересечь профессиональный рафтер Уолт Блэкадар в 1971 году. С тех пор лишь единицам удалось повторить его подвиг. Среди которых, к несчастью, нет моего имени.

Кэролайн заметно помрачнела. Мечтам Хадсона не суждено было сбыться. Его грёзы были перечёркнуты несчастным случаем, в которой он, как и Кэрол, оказался жертвой. Его грёзы так же были обречены, как и мечты писательницы.

– Не расстраивайтесь, Гленн. Кто знает, может этот спуск сыграл бы с вами злую шутку, и вы бы погибли!?

– Злую шутку сыграл со мной несчастный случай, – с усмешкой ответил мистер Хадсон.

Мисс Хант решила подхватить юморной тон и тоже ответить шуткой:

– Зато вы можете заниматься другим спортом. Например, гонками на колясках.

Кэролайн с удивлением задумалась о том, что она впервые за долгое время отпускает шуточки и она ощущает лёгкость в общении. Также её радовал тот факт, что шутка снова была об инвалидности. Перед глазами у женщины сразу предстало лицо Лиззи, вечно отпускающей подобные фразочки.

Впервые за долгое время, у Кэрол возникло чувство, будто они сидели не в своих колясках, а просто на тамошней мебели и непринуждённо разговаривали. Масштабы их личных трагедий истощались геометрической прогрессией и словно камнем свергались вниз с высоких горных утёсов. Это была зона эмоционального комфорта.

Гленн засмеялся.

– Может устроим заезд прямо сейчас? – Гленн развернул кресло и ловко выехал на нём в проход между рядами посадочных мест.