Сталкер. Тропами призраков. Эпилог

– О том мне известно. Мой народ не так велик числом, как люди. Высоко развитый технологический уровень нашей цивилизации в разы превосходит человеческий. Они стали ленивы и слабы, как и их души. Поэтому проку от душ моего народа будет мало, словно это слабый эль, в сравнении с крепким вином людской силы душ, – Тор с презрением посмотрел на Свенсона.

– Это всё потому, что не мы были вашими богами.

«Вы ими никогда и не будете» – зло подумал Свенсон и, поклонившись, удалился.

Придя в себя Роман не сразу сообразил, где находится.

Тупая боль саднила затылок, вокруг кромешная тьма, где-то сверху ещё ухали раскаты удаляющегося грома. Поднявшись на четвереньки, он, пошарив вокруг, нашел лишь пустоту.

– Идиот… – подумал сталкер, нашарив в кармане разгрузки фонарь. Яркий луч резанул по стенам, пожирая мрак тёмного помещения. Поднявшись на ноги, Роман шагнул вперёд, едва не наступив на Скорохода. Тот тоже начал приходить в себя. Выпучив глаза на свет, упёршегося в него луча он, громко застонав, согнулся в конвульсиях накатывающих спазмов.

– Дерьмо… Дерьмо! – повторял рыжий между приступами рвоты.

Роман, осознав, что их опасный замысел удался, широко улыбнулся.

– Скороходик… Морда! Ты не зомбак?

– Сам ты морда! На ногу мне спрыгнул, гад! Я от боли чуть в штаны не наклал, а ты ржёшь как конь! – его снова вывернуло.

– Вот теперь вижу, что не зомбак. Потерпи чуток, лапу твою подлатаем.

– Угу… – промычал рыжий и снова согнулся в приступе тошноты.

– Жрать меньше надо перед выбросом, загадил теперь тут всё. Насрать на твоё боевое увечье, убирать своё добро сам будешь, – без злобы проворчал Роман. – Давай уже, доблёвывай, и будем обживаться.

– Да пошёл ты, – фыркнул Скороход, утирая рот рукавом.

Наскоро обследовав схрон, Роману удалось отыскать на половину заправленную керосиновую лампу, легендарную летучую мышь. Даже тонкое стекло отражателя оказалось целым, что само по себе встречалось крайне редко. При помощи металлического колёсика, расположенного с боку лампы, он выдвинул язычок войлочного фитиля и, предварительно встряхнув керосинку, чтобы горючее пропитало сам фитиль, поднёс к нему горящую зажигалку.

Свет, сначала слабый, пробежался причудливыми тенями по стенам, наконец огонёк, получив достаточно топлива, разгорелся в полную силу, осветив их временное пристанище. Оно оказалось просторным, превосходя на добрых метра три, перевалочный схрон Романа.