Сталкер. Тропами призраков. Эпилог

 – Скороход! Выползай, вояка, война уже закончилась!

Скороход поднялся из-за пня, где и пролежал всё это время. Лицо его было мертвенно бледным. Подойдя к Роману, он, как бы исподтишка, зыркнул в сторону, где лежал ныне покойный Илюха Матёрый. Согнулся, словно получил удар под дых – его мутило.

– Экий ты у нас мнительный. Сопли подбери, и так времени много потеряли, ещё топать и топать, – сработало забытое самомнение Скорохода. Вытерев рот рукавом куртки, он, с неким испугом посмотрел на компаньона.

– Это неправильно…

– Что «неправильно»?

– Это неправильно… – уже более твёрдым голосом повторил Скороход.

 – Ты обещал ему, что отпустишь. Он ведь автомат бросил и ушёл бы просто… А ты его…

– Слышь ты, мать Тереза долбаная, – сталкер с силой дёрнул Скорохода за ворот куртки. – Ты уже раз отпустил его, когда дружков положил… И теперь не тебе, а мне пришлось твоё дерьмо расхлёбывать. Здесь тебе не кружок юного туриста – тут Зона. Неужели ты думаешь, что Илюха действительно решил всё это дело на тормозах спустить? Наверняка уже подмогу вызвал, а я тут вместо того, чтобы веселей ноги уносить, стою и слушаю скулёж.

Или ты мне что-то не договариваешь? – столкнувшись взглядами, Скороход отвёл глаза в сторону.

– Всё было как я тебе рассказал, ну или почти всё.

– Ясно, что нихера не ясно. Ладно, потом потолкуем, – отпустив воротник Скорохода, Роман направился к трупу. Как он и предположил, Илюха, прежде чем выйти на поляну, через ПДА запросил подмогу. И, судя по ответу, к нему уже спешила группа некоего «Грога» в количестве пяти человек.

Время до контакта – сорок минут. – Непростой ты гусь был, Илюха, – быстро осмотрев труп, Роман повеселел. – Ну, хоть что-то.

Илюха тоже пользовался старым, надёжным АК 47, калибра 7х62, и на патроны не жадничал. Пять снаряжённых магазинов перекочевало в разгрузку Романа. В кармане рюкзака оказалась пара гранат Ф-1, фляга со спиртом и пара сухпаёв НАТО-вского образца. Роман, не раздумывая, переложил в свой РД, за исключением одной гранаты.

Сорвав чеку, он поднял руку покойника, и, сунув гранату ему подмышку, вернул её в прежнее положение.

– Без обид, Илья, не знаю, как по батюшке. Ты у нас, теперь, вроде как, на сигнализации. Глядишь так хоть одно доброе дело сделаешь за всю свою жизнь, пусть даже и после её окончания.

За всеми этими манипуляциями на месте, где его оставили, молча наблюдал Скороход.

– Чего стоим, кого ждём? – Скороход, вздрогнув, вышел из оцепенения.