Шпион

 – А с сейфом?! Как вы это провернули! И ключи нашли. Я впечатлен!

– Так вы профессор Джонсон, – наконец догадался я.

– Ах, да! – спохватился он и снова принялся жать мне руку. – Это я. Александр Джонсон собственной персоной, но вы можете звать меня Алексом.

И чем же я вдруг вызвал такое расположение? Я осторожно выпутался из его рукопожатия и подошел к столу, уставившись на таблицы, в которых решительно ничего не понимал. Просто захотелось отойти подальше от профессора, уж слишком он был мною впечатлен, и это весьма настораживало.

Ничего особо впечатлительного во мне не было. Человек как человек. Не урод, не дурак – вот и все. Ну, умею я взламывать замки, так этому под силу научиться любому, у кого есть желание, свободное время, мозги и пальцы. Тоже мне достижение.

– Так зачем я здесь? – решил я сразу перейти к делу, не люблю ходить вокруг да около. Лучше все сразу узнать и успокоиться, ну или наоборот – начать нервничать.

Джонсон ответил не сразу, будто подбирал слова:

– Если кратко – вы будете тайным агентом в другом мире.

Тайный агент звучало ну очень уж претенциозно, но не это мне резануло слух, а вот про другой мир – весьма. Что это, образ речи или он всерьёз?

– А если не кратко, – продолжил он, – то обо всех подробностях мы сейчас вам расскажем, как только подойдет генерал Гереро.

Вместо генерала в брезентовом проеме штаба появился Барнс с кожаной папкой в руках. Он сухо пожал руку Джонсону, затем мне. Без всяких слов он уверенно взял меня под локоть и подвел к столу.

– Нам необходимо подписать с вами кое-какие документы, прежде чем вас посвятят во все происходящие здесь события и детали, – сказал он и распахнул черную папку.

Первый документ, лежавший сверху, был составлен на английском и звался «Договор о неразглашении совершенно секретной информации».

Вверху уже стояло мое имя.

– Здесь распишитесь, – сказал Барнс, протянув мне простую шариковую ручку.

Я застыл, продолжая глядеть на документ. Все формулировки такие мутные, будто их специально составляли так, чтоб ни черта разобрать нельзя было.

Барнс улыбнулся одними губами, глаза оставались холодными и непроницаемыми, он мне снова протянул настойчиво ручку:

– Простая формальность, обязующая вас хранить в тайне все, что вы здесь услышите, – пояснил он.

Я вздохнул, забрал ручку и расписался в правом углу.

Перевернул лист, под ним еще один документ:

«Контракт о поступлении на службу в особое секретное подразделение PAG-12 США».