Последняя секунда Вселенной

Слишком много вопросов. В ушах шумела кровь.

Они спрашивали о других мирах, о других существах, об архипелаге миров. Спрашивали жадно, потому что хотели понять. Хотели увидеть. Если бы они только знали…

Она забыла почти все, но все лучше и лучше могла переходить пороги. Хотели бы они этого?

Где-то с полчаса Шелл простояла в аудитории, но когда поняла, что поток людей не спадает, вышла на улицу.

Снаружи было прохладно, солнце уже почти опустилось за красные черепичные крыши высоких каменных домов.

Шелл села на скамью рядом с университетом и попыталась собрать мысли в подобие упорядоченной кучи.

Она помнила Зелу, которая явно не была человеком. Помнила дракона. Даже то дерево, которое нашептывало разговоры влюбленных.

И больше ничего.

– Вы в порядке? – услышала она и подняла голову.

Перед ней стояла та самая темноволосая девушка. Теперь на ней была кожаная куртка. Позади нее стояла Рия Брейхер, кутаясь в меха.

– А? Что? Да. Конечно, – рассеянно отозвалась Шелл.

– Вам понравилась лекция? – спросила Рия.

– Математика слишком сложная. Я не все поняла.

– Это лекция в основном для математиков. Вы учитесь на факультете физики или математики?

– Нет. Я уже отучилась.

Ответ пришел сам собой, и Шелл поняла, что это, видимо, правда. Что-то же она должна была знать. Чем-то же должна была увлекаться. Заниматься. И вряд ли этим чем-то была семья.

Внутри кольнуло.

Или все-таки семья?

– Темнеет, – сказала девушка, кутаясь в свою курточку. – Ночь будет холодной.

Шелл указала на себя пальцем и вопросительно приподняла брови.

– Да, вас.

– На чем?

– У меня машина. Тут недалеко, пойдемте.

Пока они втроем шли вдоль темнеющей улице, в трехэтажных кирпичных домиках зажигался свет. Из труб начинали виться струйки белого дыма. Рия шла позади, и Шелл показалось, что той не особо хочется говорить. Поэтому она спросила у девушки:

– А вам понравилось?

– Очень. Но я тоже не все поняла.

– Удивительно, – вмешалась в их разговор Рия. – Вы задавали очень хорошие вопросы.

– В этом году не прошла по квоте. Брали тридцать человек. Я была тридцать второй. Не так обидно, как если бы была тридцать первой, – она улыбнулась. – Но в следующем году я пройду. И тогда смогу жить здесь. – Она окинула затихающий темнеющий город рукой.

– Кстати, как вас зовут? – снова поинтересовалась Рия.

– Аннабель.