Чугунные облака

Смотрел на картинки в гугле.

О фобии не догадывался никто, кроме ушедшего в отставку старого психолога и его друзей, которые не должны были (по идее) выдать остальным главную тайну Макса.

Пройдя мимо ветки с вороной перед его глазами всплыл силуэт паука, свисающего на тонкой паутине с толстой ветви дуба. Конечно же, он его выдумал.

– Ненавижу этих тварей – сжав кулаки Макс ускорил шаг, заходя в чащу всё глубже и глубже. Как бы не потеряться в парке, через который он ходил домой каждый день. Сейчас, это представлялось вполне возможным.

В ночной темноте послышался плач. Самый настоящий плач, доносившийся откуда-то из кустов. Тихие рыдания.

Он остановился, вслушиваясь в звуки.

– Прости, прости, прости – молил голос старой женщины, периодически перебиваемый всхлипыванием.

Отодвинув нависшую перед лицом ветвь, Макс увидел перед собой странную картину:

Старуха МаМа, сидевшая на пеньке ужасно ссутулившись хваталась за глаза, пытаясь вытереть с лица падающие слёзы.

Очертания её старой морщинистой физиономии освещала луна, нависшая над поляной.

– Ты должен понять меня, милый.

– Не называй меня так – грубо огрызнулся старик, чей силуэт резко показался среди колючих кустарников. Дед был тощим настолько, будто болен анорексией. Сложив тонкие как деревянные ветки руки за спиной в замочек, он холодным взглядом осматривал рыдающую старуху. Ответив ей, он слегка оскалился как готовившийся к нападению хищник, обнажив чёрные и гнилые до безобразия зубы – Ты не знаешь какого это, вечно сидеть в этом клятом парке.

Это худшее наказание, когда ты навечно заключён в месте, из которого не можешь выйти. Но я могу прервать это, ты же знаешь? Просто убив тебя прямо здесь. Прямо сейчас.

Макс напрягся, почувствовав как по телу волной прокатилась дрожь.

– Чего же ты ждёшь?

– Я – лучше чем ты – старик сделал резкий шаг навстречу МаМа. Теперь он подошёл настолько близко к Максу, что тот мог без затруднений рассмотреть многочисленные глубокие морщины на лице незнакомца.

Они образовывали ужасные складки, свисающие вниз. Казалось, мужчина был намного старше сидевшей рядом МаМа. Одет старик был в неопрятные порванные в разных местах грязные лохмотья, смахивая на бездомного. О-о-очень старого бездомного.

– Я должна была это сделать. Должна… – МаМа продолжала прикрывать своё лицо ладонями и всхлипывать.

– А наши дети, то, как они мучались прямо у меня на глазах.