Байки под одеялом

Только не долго, ладно? И детей не корми много, пусть оставят место на вечер.

– Договорились. – Иван поцеловал жену в щеку и прошел в коридор, где уже стояли одетые Сережа и Ева.

Снег, по-прежнему падал кружась и неспешно ложился на лобовое стекло автомобиля. Дворники лениво смахивали несколько не успевших растаять снежинок и, с легким скрипом возвращались назад. В машине негромко играла веселая новогодняя песенка и Ева тихонько подпевала. Сережа прилип к боковому стеклу и рассматривал нарядные фасады домов, бросающее разноцветные блики на окно автомобиля.

Народу на улицах было еще больше чем утром. Последние часы перед встречей нового года, сердца людей переполняет чувство праздника и ожидание какого-то волшебства. Надежда, что именно в этом году сбудутся все их мечты и желания. Новый год – особый праздник, его нельзя поставить в ряд с прочими, не менее важными датами, хотя бы из-за того, что каждого взрослого он возвращает в детство. Хоть несколько часов, но снова дает почувствовать себя ребенком, и это, пожалуй, самый лучший новогодний подарок. Иван постоянно смотрел в зеркало заднего вида на своих детей, и его переполняло счастье даже от легкой улыбки на их лицах, от чувства, что он может сделать счастливыми эти два маленьких, совершенно беззащитных существа. Сережка отвернулся от стекла и, словно прочитав его мысли, сказал:

– Я люблю тебя, пап!

– Я тебя тоже, очень сильно! – Иван немного удивился такому внезапному выражению чувств, но был тронут до глубины души. – Я всех вас люблю!

Он не заметил, как они подъехали к въезду в супермаркет и чуть не проехал поворот.

Притормозив, он все же вырулил на парковку, почти полностью заставленную машинами. Закрыв за собой двери, Иван с детьми, взявшись за руки, направился к главному входу. Буквально в ста метрах, они чуть не столкнулись с молодой девушкой, которая тащила за собой санки с привязанной к ним старой и обтрепанной куклой. Большие васильковые глаза куклы на фарфоровом лице безжизненно уставились в серое небо. На вид девушке было около двадцати пяти лет. Из-под серой вязаной шапки выбивались спутанные темные пряди, опускающиеся до самых плеч. Старое пальто местами сильно истерлось и выцвело. Несмотря на неряшливый вид, лицо девушки было довольно ухоженным, правда взгляд больших карих глаз был отрешенным, и смотрел куда-то вдаль, сквозь людей, машины и дома. Остановившись перед Иваном, она посмотрела прямо в глаза детям и, склонив голову на бок, загадочно улыбнулась.