Мутация души

Он покраснел, затем вспотел, в глазах застыла пелена, а к горлу подошёл ком, и сердце чуть не выпрыгнуло из груди. Да-а, любовь на самом деле физического здоровья не прибавляет.

Он никогда не знакомился с девушками, тем более с такими симпатичными, как незнакомка из очереди. Он даже не знал, что принято говорить в подобных случаях. И он решил ничего не говорить, пусть всё останется как есть. Девушка вышла из магазина. Следом вышел и он. Собрался пойти в другую сторону, как вдруг нерадивость упаковщиков магазина сыграла ему на руку.

Они слишком перегрузили неплотный пакетик и тот не выдержал. На асфальт посыпались разные гастрономические вкусности. Девушка принялась собирать продукты, и он, воспользовавшись спасительным комизмом ситуации, моментально пришёл к ней на помощь, тут же предложив ей свою авоську взамен пришедшего в полную негодность кулька. Так они и познакомились.

Она оказалась девушкой общительной, весёлой и жизнерадостной. Он, хоть и слыл букой и аскетом, постарался измениться.

Стал более раскрепощённым, начал шутить и рассказывать анекдоты, предусмотрительно купив и проштудировав толстенную книжицу: «Анекдоты Мира». Впервые в жизни он почувствовал близость женщины. Не женщины-матери, а женщины-любовницы. Тот первый раз, когда у них всё и произошло, перевернул его жизненное воззрение. Ведь раньше он и не предполагал, что можно начинать скучать по женщине, прежде чем расстанешься с ней. Что можно думать о ней каждую минуту, даже занимаясь каким-нибудь серьёзным делом, требующим включения основных мозговых резервов, и мысли о ней не только не будут мешать работе, но и помогут делать всё, как нельзя лучше. Первый раз их физической близости он будет помнить до своего последнего дня. Стояла невыносимая жара. Они пришли в его комнату в коммунальной квартире. Родители сделали ему такой царский подарок, когда он пришёл из армии. Они тогда забрали к себе маминого отца – его дедушку, чтобы их отпрыск смог начать самостоятельную жизнь. В предвкушении обмена флюидами по его телу прокатилась приятная дрожь, а после её нежного прикосновения он погрузился в невесомый туман и слился с любимой в едином порыве. Поцелуй показался одним мгновением, хотя длился неимоверно долго. Ему показалось, что они поднялись к потолку и закружились. Он ласкал её всю ночь, испытывая безвременное блаженство, и не мог насытиться ею, каждый раз после семяизвержения начинал всё заново, без устали входя в неё и получая нечеловеческое наслаждение.