Ментовский вояж: Везунчики. Рейдеры. Магелланы

Да, и современные немцы нисколько не тянут на фашистов – сдулись ещё в сорок пятом.

– Вижу, летит, – произнёс Руденко. – На «два часа», со стороны мыса.

Все умолкли, повернувшись в указанном направлении. Я увидел маленькую чёрточку, которая приближалась, постепенно увеличиваясь в размерах. Послышался гул моторов. Спустя какое-то время рёв реактивных двигателей затопил всю округу, и в небе над Данилово появился чётырёхмоторный «боинг». Чуть накреняясь, самолёт совершил круговой облёт посёлка и освобождённого от машин отрезка трассы, а затем ушёл в сторону моря.

– Всё, присмотрелись, примерились. Сейчас развернутся и пойдут на посадку, – второй пилот «горбатого» комментировал нам действия своих иностранных коллег из «Люфтганзы». – Если промажут первый раз, то пойдут на второй заход. Мы два круга сделали, пока присматривались, а сели с первого же захода.

– А как же «француз»? – спросил я. – Для него хватит места, чтобы сесть?

– Не верю я, что «Эйр-Франс» дотянет до берега, – помрачнел лётчик.

 – У них керосина оставалось чуть-чуть, с гулькин нос.

«Боинг» действительно развернулся над морем, и, плавно снижаясь, выпустил шасси. Секунд десять мы наблюдали за идущим на посадку «немцем», пока из фюзеляжа «ила» пулей не выскочил его командир.

– Мужики!!! «Француз» передал, что топливо в ноль, но он видит берег и попытается дотянуть планированием! – подбегая, во всю глотку заорал Анисин. – Если повезёт – он сядет на воду у берега! Если нет… У вас лодки есть?!

Видимо, во взглядах почти двух десятков человек сквозило что-то такое, отчего лётчик мгновенно сник.

Моментально понял, что мы ничем не сможем помочь погибающим в море людям, даже если очень захотим это сделать. У нас действительно не было лодок. Никаких, даже резиновых. Надо было пошуровать в закромах Еремеева, да кто же знал… Стоп, а если?

– Чего стоим, парни? – нарушил я всеобщее молчание. – У нас есть плавсредство амфибийного типа, которое годно для спасения на воде.

А здесь останутся лётчики, ополченцы и гражданские добровольцы.

– А если он разобьётся? – спросил Руслан, указав рукой в сторону садящегося «боинга».

– А если он разобьётся, то мы ничем ему не поможем, Рус, – ответил я. – У нас нет ни пены для тушения такого пожара, ни бригады медиков для оказания помощи пострадавшим. Судьба «немца» в руках его же пилотов. Всё, поехали.