История Лаццо: Взрослая жизнь

Я посмотрел на нее и впервые за день увидел обычную девицу, а не торопливую и взъерошенную охотницу. На лице засияла улыбка, а глаза не выражали ничего кроме интереса. По крайней мере, мне так казалось.

– С одной стороны, прятаться здесь идеально, – хмыкнула Каана. – Может, она не строила никаких планов и просто побежала, куда глаза глядели. Все же она впервые в Соммрикете.

– Ошибка, стоящая часов, – ухмыльнулся я.

– Определенно, – хмыкнула Тимо.

– Вообще, Лаццо, у нас находка на миллион, – Тимо легонько толкнул меня в плечо, и я сразу же ответил ему тем же.

 – Я на его нюх и интуицию в основном и полагаюсь. Иногда, если бы не он, то попадали бы мы. Ух. Аж думать не хочется.

– Ты подумал о том же, о чем и я? – я посмотрел на Тимо с невероятной улыбкой. – О той поездке в экспрессе и о тех эльфийках?

– Ух, Арона, – Тимо сжал губы, закрыл глаза и немного помотал головой.

– Ух, Асана, – я вспоминал беловолосую эльфийку, и мое сердце чуть ли не разорвалось. Оно одновременно тосковало и понимало, что подобного уже никогда не произойдет.

– Кхм-кхм, – громко произнесла Каана.

– Что-то не так? – я с улыбкой посмотрел на девушку.

– Противно слушать это! – Каана помотала головой. А затем подарила мне и напарнику презрительный взгляд. – Я думала, фальконеры истинные рыцари. Прямо такие белые, как зайцы и пушистые.

– А разве не так, леди? – с усмешкой сказал Тимо. – К сведению, пушистые и белые зайки тоже тр…спариваются!

Звонким и грохочущим смехом я озарил чуть ли не всю улицу.

Следом за мной кусочком счастья заразилась и Каана. Несмотря на ее презрительное отношение к нашим воспоминаниям, она все же не удержалась.

– Хёнес, – Каана остановилась сначала сама, а затем схватила меня за рукав. – Нужно просмеяться, иначе так не пойдет.

До дома с трупами оставалось меньше пятнадцати шагов. Девушка была права. Идти со смехом наперевес к недавно усопшим не было прекрасным со стороны белых и пушистых фальконеров.

– Ну, вы здесь приходите в себя, – Тимо первому удалось сбросить с себя маску озорливости. – Я здесь все без вас осмотрю.

– Разбежался! – Я вынул револьвер и в сию же секунду забыл о смехе. – Только после меня, дружище.

– Тогда не стоим, – Тимо махнул головой, призывая идти за ним, и отправился к толпе зевак.

Проходить через людей для меня и напарника больше походило на пытку. Все, да буквально каждый, тыкал в нас пальцем и просил объяснения.