Светорожденные. Полымя

Альвы, одетые в длинные рясы всех цветов, добродушно приветствовали новых гостей.

Здесь все было по-другому. Септим – столица Руны, был убит и подавлен. Ни прекрасные златоцветные сады, ни широкие фасады домов и бескрайние набережные делали его таким. Сами гардвики делали. Может быть жители Пелагиата и боялись не проснуться однажды утром, но они умели хорошо скрывать это, не теряли духа несмотря на то, что остались теми последними, кого не тронули темные силы.

Невероятная молодость всего настораживала.

Может быть сам Септим, поросший нечистью и злобой, старил всех и вся, а может сами альвы никогда не принимали старость?

– Куда мы пойдем, Фелиус? – спросила Мира, испуганно озираясь по сторонам. Она впервые в жизни видела такой огромный вольный град.

– Идем к Каскадным площадям, – ответил он. – Оттуда мы быстро доберемся к «Зеркальномурассвету». Семья моего друга живет там, надеюсь, и он с ней будет.

– Я чувствую себя карликом, – несвязно простонала малютка, коя оказалась ниже ростом даже четырехлетних альвийских детей, играющих с круглым златоцветным плодом поодаль дороги!

В Септиме Ольне не доводилось видеть лица прохожих, скрывающихся под масками и капюшонами.

Здесь каждый был открыт. Малютка не с того не с сего ощутила себя ужасно ничтожной. Все альвы были высоки, красивы, чисты и опрятны. Она – мала, низка, худа; каждое ее движение возбуждало ужасную болотную вонь, принесенную с полудимских земель, и не заглушаемую даже чудесными духами молодых женщин, проходящих мимо.

«Как только Элин смогла избавиться от этого запаха» – недовольно фыркнула малютка, завистливо поглядывая на Эльну. Из всей четверки только она смогла привести себя в порядок, отличаясь от других жителей лишь ростом и слегка уставшим видом.

«Эльна – волшебница, – объяснил нудно голос. – Ей дано выглядеть прекрасно даже в самые ужасные моменты ее жизни».

«А я – неуклюжая чародейка. Моя доля выглядеть нелепо всегда».

Малютка грустно выдохнула и накинула капюшон на голову, чтобы не показывать, как горят ее щеки от стыда.

– Они боятся, – прошептала Элин, рассматривая жителей.

– Не похоже, Эльна, – прошептала кроха, борясь с желанием провалится сквозь землю. – Посмотри на их веселые лица!

– Хоть это и не Септим, маски на лицах остались. Я вижу ауру. Она смешена со страхом перед неминуемой гибелью.

В словах Элин может быть и была правда, но Ольна не могла подтвердить этого.