И пришел дракон

Местные, видимо, не придают особого значения этому запаху – или попросту не чувствуют. У валунов обнаружилось несколько пластиковых бутылок, и даже окурки. Может быть, любопытные подростки приходят сюда, подымить втайне от старших. А потом кто–то отстает и становится поздним ужином обитающего здесь чудовища.

А может, никто из местных не пропадал, они чувствуют себя в безопасности. В ближайшем городе, где я остановился, людей немного, как и  развлечений. Подросткам скучно, вот они и бродят, предоставленные сами себе, приходят к этому гиблому месту.

Змей же сидит глубоко под камнями, спит или дремлет, до него им не добраться – слишком опасно и нет причин спускаться так глубоко. А вот у меня резон был.

И сейчас этот ящер наверняка на самой глубине, отсыпается на груде костей, переваривая пищу.

Я похлопал по фонарику, проверяя, работает ли,  и осторожно протиснулся в лаз. Мимоходом отметил, что меня сопровождает абсолютная тишина. И это в благодатной южной стране! Любой драконоборец знает, что звери никогда не селятся рядом со змеями или драконами.

Даже самые маленькие букашки семенят прочь от таких гиблых мест. Всем жить охота. Хотя драконы и змеи не обращают внимания на мелочь, с голодухи не брезгуют и кротами, и мелкими птицами, и даже мышами! Одно плохо, такие тяжелые времена у драконов и змеев наступают редко. Им всегда подворачивается крупная добыча. И я не про коров или свиней, а про людей.

В пещере было сыро, под ногами валялся мусор – значит, я был прав, подростки приходят сюда, но вряд ли они забираются дальше.

А я собирался пойти до конца. Впереди был тупик – камни и ничего больше. Пришлось повернуть обратно. И вот у самого входа в лаз я увидел еще один туннель. Терпеть не могу пещеры с их замкнутыми пространствами.

Неяркий свет моего фонарика выхватил на камнях характерные длинные борозды – следы от когтей. Змей живет здесь настолько давно, что эти борозды углубились, будто их специально вырезали. Значит, двигаюсь правильно, вышел на след.

Туннель поворачивал направо и вниз, в этой части было особенно много длинных сталактитов, и я двигался осторожно, чтоб не задеть их.

  Пригибаясь и выверяя каждый свой шаг, я медленно продвигался дальше, в неизвестность, внимательно прислушиваясь к любому подозрительному шороху.

Нужно было идти как можно тише, чтобы не выдать себя раньше времени и правильно оценить ситуацию. Я старался почти не дышать, и не только потому, что монстр мог меня услышать. Запах становился все невыносимее.