И пришел дракон

Почему я все еще здесь? Неуютно находиться рядом с тем, для кого ты пустая обязанность.

Вместо того, чтобы уйти, мой взгляд переместился на портрет, занавешенный черной тканью.

– Тамариэль, а почему эта картина закрыта?

Он дернулся, будто не привык слышать свое имя.

– Картина не закончена, – глухо сказал парень, – Когда писали этот портрет, изображенный на нем погиб. Брат дракона. Семья приняла решение не вешать неоконченную работу. Но традиция такова, что здесь должен висеть каждый член семейства  – поэтому картину завесили черным полотном.

– И взглянуть нельзя?

– А ты совсем не трепещешь перед драконом, – фыркнул Тамариэль, – А ведь недавно боялась выйти из комнаты.

Сразу покраснела. Почему обязательно надо издеваться?

– Не каждый день меня похищают! И вообще, дракон уже сделал со мной самое ужасное – унес непонятно куда, разлучил с семьей и друзьями.

Тамариэль равнодушно глянул на меня:

– А не боишься за свою жизнь?

Нервно сглотнула:

– Я не питаю иллюзий. Все равно все закончится моей смертью.

– Все заканчивается смертью, разве нет?

– Давай сбежим вместе! – внезапно выпалила я. Тамариэль нахмурился.

– Ты не обязан жить здесь, с этим чудовищем! Ты хороший человек! – я умоляюще посмотрела на Тамариэля, – Вместе мы сможем попробовать!

Парень покачал головой, взял свою книгу.

– Тебе есть куда бежать, Алевтина. К семье, друзьям. А мне бежать не к кому. Все, кого я знал, мертвы.

– Мы что–нибудь придумаем! Я помогу тебе адаптироваться в современном мире! Поживешь у меня, – я не очень понимала, что говорю, но мне нужно было как–то убедить Тамариэля.

Внезапно парень встал. Какой же он худой и высокий. Опять в неизменном черном балахоне, похожий на птицу смерти. Звенящим голосом произнес:

– Современный мир? И ты можешь гарантировать, что он меня примет?

Я почувствовала, насколько Тамариэль не из этого века. У него были другие черты лица, другой голос, манеры, поведение…все! Его не переделать.

Но как найти ему жилье, работу? Что делать с документами?

Тем более, Тамариэль тяжело шел на контакт,  до сих пор держал дистанцию. Как же сложно ему будет привыкнуть к современному миру? В этом замке теперь его пусть и вынужденный, но дом, место, в котором время застыло, как скорпион в янтаре. Стало тягучим и медленным, привычным.