Танец Феникса

Клиенты процветающего заведения были, в основном, приличные: купцы, погонщики и охранники из проходящих караванов, делающих остановку в небольшом селении, расположенном на торговом пути. Ибо в данной таверне не предлагалось никаких увеселений, кроме вкусной еды, и всяким сомнительным личностям тут делать нечего. Тем более, шумные ссоры и драки в ней запрещены.

Для Жасмин, восьмилетней, крепенькой кудрявой девочки с большими карими глазами, дочери хозяев заведения, эти люди, звуки и запахи, были знакомы и привычны.

Она ловко лавировала между посетителями, собирая использованную посуду, и протирая столы.

– Милая! – услышала Жасмин, и оглянулась. К ней обращалась женщина в светлой тунике—балахоне, сидевшая в одиночестве, в стороне от компании с каравана, с которым, несомненно, и прибыла – других обозов на стоянку не заявлялось.

Девочка перестала тереть стол, подбежала к клиентке, и замерла перед нею, готовясь выслушать, и выполнить, заказ. Но женщина не спешила, внимательно разглядывая девочку.

А Жасмин рассматривала ее. Клиентке на вид лет сорок, она слегка полновата,и, несомненно, состоятельна, хотя и одета весьма скромно. На положение и достаток указывали:особое достоинство, которое для простого люда недостижимо,ухоженное лицо без морщин, и нежные руки; белая, совершенно не загорелая кожа; удерживаемые серебряным обручем длинные густые блестящие волосы, с прядками седины, струящиеся по спине густым потоком; и одежда, простая и скромная, но сшитая из дорогой ткани.

Из украшений на женщине были только обруч и простенький кулон, в виде луны, на цепочке, висящей на шее.

– Как тебя зовут? – наконец, спросила клиентка.

– Жасмин, сударыня!– ответила девочка, присев в легком поклоне – правилам этикета она была обучена.

– Эсмина! – повторила женщина на восточный манер, из чему Жасмин сделала вывод, что клиентка прибыла или с Великой Пустыни, или с гор Кантис.

– А меня Нимейя! – произнесла кантийка, удивив девочку – зачем ей знать имя клиентки?

– Принеси мне розового чая! – попросила Нимейя, положила на стол серебряную монетку, и добавила – И позови своих родителей! Мне нужно с ними поговорить!

Жасмин кивнула, забрала денежку, и побежала на кухню,где сообщила отцу, худому человеку, обнаженному из—за жары по пояс, мешающему что—то в большой кастрюле на плите, и маме, раскатывающей тесто, что клиентка потребовала розовый чай.