Бинарный код 3. Властители света

Рутра не мог позвонить непосредственно в «Зеро», даже на открытый городской номер, который был засекречен, но все равно значился как библиотечный Центр статистического анализа. Мадам, которая принимала звонок, имела определенные представления о самом институте, не имея понятия о его деятельности; знала только, что это нечто секретное, но все же институт. На самом деле – так и было. Центр статистического анализа и прогнозирования, коим значилось данное заведение, реально был суперзасекречен. Соответственно, думать, что в его недрах скрывается что-то еще более секретное, мог бы только фантазер.

Это и нужно было для прикрытия центра «Зеро».

– Билеты забронированы, вся информация сообщена заранее Вашей супруге, – наконец ответили в трубке.

– Да, она мне говорила. Я решил перепроверить, ехать ведь до аэропорта не ближний свет, – ответил Рутра, не растерявшись.

На следующий день он с семьей был в Москве, после обеда появился в центре. Коллектив его встретил ликованием, практически все, кто был на смене.

Рутра ждал реакции Васильевича, который вышел самолично его встречать и с порога поразил своим «приветствием».

– Ну и выдержка у Вас, Рутра Тигрович! Я думал, Вы позвоните раньше. Позавчера, – по своему обыкновению он при этом хитро улыбался.

У Рутры было большое желание показать свое недовольство и даже больше, чего, конечно, не позволяло правило делового тона. Но все же перейти границы было огромное желание, которое погасло из-за многозначительности слов, сказанных шефом.

Смесь злости, благодарности, недовольства и радости смешались в коктейль, гремучую смесь; от этого бросало то в жар, то в холод. Однако понимание того, что он стал «другим» человеком пересиливало, вызывало положительные эмоции.

Во время совместного чаепития с коллективом в честь возвращения шефа, которое организовали дамы, Рутра нес всякую ахинею по поводу своего отсутствия. Все понимали – это легенда. Из того, что могло показаться завуалированной правдой, коллеги должны были сделать вывод о реальном положении вещей.

Но перед Рутрой стояла задача – усыпить их бдительность и повести представление по ложному следу. Конечно, им он рассказывал не ту «басню», что придумал Васильевич для дома. В ту историю коллеги бы не поверили в силу нарушения логической связи уровней, а эта – не подошла бы для домашних.

На «банкете» Васильевич был неразговорчив. Рутра угадал, что он скрывает некое огорчение или сожаление.