Бинарный код 7. Тайна судного дня

Я пошел, – Рутра отправился сначала в серверную, приступил к редактированию и очистке журнала ИСУ-А2.

Это была его часть журнала, нужно было проверить – существует ли еще вторая часть, в полигоне. Рутра запросил встречу с Хентом.

***

Хент был в скверном настроении.

– Что-то мне это не нравится. Что-то идет не так, – высказал он свою озабоченность Рутре.

– Вот я об этом же. Мне нужно посетить полигон.

– Что надумал?

– Нужно отследить проведение регламентных работ на суперкомпьютере.

Хочу проверить логически-алгоритмическую систему.

– Зачем?

– Я подозреваю, что она выдает обработанные решения согласно некоему плану. Согласно логическим цепочкам, заложенным в нее заранее.

– Это очень смелое предположении. Надеюсь, ты понимаешь, специалисты какого уровня работают у Яровитовича. Не только у тебя мозг усилен.

– В том то и дело, сколько бы он ни был усилен, он не может быть сильнее компьютера, все равно он дополнительную мощь берет из интеграции в суперкомпьютер.

В этом и есть главная мысль этого новшества. Ведь в самом мозгу только чип для связи с компьютером и сетью.

– Логически мыслишь. Ты думаешь, что кто-то обманывает машину и через нее нас, то есть фактически все человечество. Я даже боюсь такое предположить.

– Я думаю…

Рутра хотел сказать, что сама машина всех обманывает, но решил не «сдавать» ее.

– Думаю, неправильно изначально составлен алгоритм логически-вычислительного блока.

Задан алгоритм не навредить человеку, служить ему, но не задан алгоритм – не навредить человечеству. Для машины важно, чтобы остались живы и невредимы те люди, кому она служит, а все остальное человечество она может принести в жертву.

– Но разве мы требуем этого от нее, разве мы сообщаем, что нас надо от них спасать?

– Мы, возможно, нет.

– Что-то ты говоришь загадками. Тогда кто?

– Тот, кто составлял ее логически-алгоритмическую систему.

– Нет, этого не может быть. В таком случае у нее была бы возможность развязать мировую войну уже давно. Ты, надеюсь, знаешь, что этот мир несколько раз был на пороге этого. В последний раз, когда Путин фактически инициировал этот вопрос, именно данные ИСУ-А2 остановили его рассмотрение.

– Почему же он теперь рассматривается?

– Он рассматривается как ситуация, которой быть не может, рассматривается теоретически, с научной точки зрения.