Планета исполненных желаний. Книга 3

Они уже не могли представить себе, что в один из дней не увидятся.

И вдруг это случилось. Как всегда, Катом наплавалась, и они с Лимом сидели на горячем песке и весело болтали. Раньше молодые существа были очень осторожны, но со временем потеряли бдительность. Лиму нравился горячий песок и здесь он готов был сидеть хоть весь день.

– Пошли в воду – предложила Катом.

– Неа, я лучше в песочке поплаваю – покачал головой рептилоид.

– А если я тебя забрызгаю – рассмеялась даат.

– Не надо… – поежился Лим – иначе я «забрызгаю» тебя песком.

– Ха! – даат оттолкнулась от пляжа и приземлилась в озеро в трех метрах от Лима. Затем даат быстро поплыла к берегу.

Лим не ожидал подвоха, восхищенно наблюдая полет юной даат и ее скоростное возвращение с глубины к берегу. Но как только Катом подплыла ближе, она плеснула в Лима прохладой водой. Рептилоид подскочил, затем скупо хохотнул, и встал, раздвинув ноги, загребая горячий песок, засыпал Катом песком в воде.

Резвясь, молодые существа не смотрели по сторонам, и напрасно.

Недалеко, как раз там, откуда раньше Лим наблюдал за Катом, стоял отец даат и молча хмурил брови. Через минуту он вышел на пляж.

– Катом! – грозно рявкнул даатан. Молодые существа вздрогнули. Тон взрослого даатана не предвещал ничего хорошего – домой! Ты говорила, что купаешься одна и я тебе верил!

– Я и купалась одна… – несмело начала Катом.

– Я уже все увидел! – прервал ее отец – сейчас же домой!

– Простите… – несмело вмешался Лим – она не виновата.

Я сам подошел и заговорил.

– Вы защищаете ее и это делает Вам честь – резко прервал отец Катом – но я Вас не спрашивал. Мы разберемся с дочерью сами. А Вас я прошу покинуть это место, пока сюда не пришли ее братья. Тогда разговор будет совсем другим!

Лим попробовал было еще что-то сказать, но даатан схватил дочь за верхнюю руку и повел ее домой.

Больше Лим не видел Катом. Ее отец сказал всему племени шепонов, что Лим подсматривал за его дочерью.

Молодой шепон прошел через отвержение всего племени, через дисциплинарный лагерь наблюдателей, куда отец отправил его учиться. Но Лим прекрасно понимал, что для отца не учеба была главной. Лагерь был не обучением, а ссылкой.

Только в лагере Лим понял, насколько сильно привязался к юной даат. Он засыпал с ее смехом в ушах, ее задорными ямочками на щеках перед глазами и просыпался от ощущения всплеска воды от ее прыжка в воду озерца.