В капкане грёз

От его слов, у Марии сердце так билось в груди, как будто оно сейчас выскочит, ведь, все что он ей говорил, то же самое она хотела бы сказать и ему. Да, он ей нравился и не понятно от чего именно, не может ведь человек понравится только из-за его приятного голоса.

– Маша, скажи, а твоим детям сколько лет?

– Дочери, Лене 17, а сыну, Олегу 12 лет.

– Ага, значит старшенькие у нас, одногодки получаются, а моему Никите, как ты уже знаешь 4 года, – затем он замолчал, как бы думая, стоит говорить дальше или нет.

 – А мне, Маша 45 лет, – и у нее сложилось такое впечатление, что он там замер, ожидая реакции на его слова. Она же в ответ хмыкнула и ответила:

– Ну, значит, я не на много от тебя отстала, мне 41, – и услышала, как в трубке Егор выдохнул с явным облегчением.

– Маша, мне сейчас надо идти по работе, я могу тебе вечером позвонить?

– Конечно, звони.

– Тогда, до вечера, Маша.

– До вечера, Егор, – и отключила звонок. Немного посидела со счастливой улыбкой на лице и пошла к детям, надо выполнять обещание которое им дала.

Зашла к ним в комнату, присела на стул, который стоял около стола, и спросила улыбаясь:

– И что вы хотите знать? – на что они в голос мне ответили.

– Все.

Ну, раз все значит все, и она им рассказала о звонке незнакомого мужчины, немного пересказала их с ним разговор и то, как он сегодня позвонил. Хорошо, что у нас с детьми складываются доверительные отношения, мы с ними можем общаться не только как родитель с детьми, но и как хорошие друзья.

Делимся друг с другом, своими секретами, тайнами и мечтами.

– Тебе он понравился, мама? – спросила Лена.

– Да, есть в нем что-то такое… – и на ее лице появилась мечтательная улыбка, так как дети, посмотрев на нее, в голос заявили:

– Кажется, наша мама влюбилась, – и как бы утверждая то, что сказали, с серьезными лицами кивнули.

– Почему сразу влюбилась-то, просто понравился мужчина, – с возмущением в голосе ответила она им.

– Ну да, ну да, – ответили ей ехидно.

– Ничего вы не понимаете, – сказав это, она встала и пошла на выход, потом развернулась и строгим голосом, уже как родительница, сказала: – За уроки садитесь, а потом кушать, – и вышла, прикрыв за собой двери. Немного постояла около двери, прислушиваясь, о чем они будут говорить, но они так шептались, что ничего не поняла и поэтому, плюнув на все, пошла на кухню, где приготовила себе зеленый чай.