Небо после бури

Для людей Земли Ожидания – это всего лишь Сумеречный Лес. Они успели забыть, что? здесь обитает.

Призраки, которых я еще не успел перевести на ту сторону, собираются у меня за спиной и рыдают – вид живых причиняет им боль. Мужчины переглядываются. Но женщина, несущая ребенка, сжимает зубы и упорно продолжает идти к деревьям.

Когда она оказывается под сводами Леса, призраки окружают ее. Она их не видит, но слышит их горестные стоны, и лицо ее становится белым, как мел. Ребенок беспокойно шевелится у нее на руках.

– Вам нельзя здесь находиться, путники. – Я выхожу из-за деревьев, и мужчины застывают на месте.

– Мне нужно ее покормить. – В голосе женщины я слышу отчаяние и вызов. – Мне нужно развести огонь, чтобы ее согреть.

Призраки издают угрожающее шипение, листья деревьев зловеще шелестят. Деревья выражают настроение Маута, а он любит чужаков не больше, чем мои подопечные – души умерших.

С последнего раза, когда я отнял жизнь при помощи магии Маута, прошло несколько месяцев. Не раздумывая, я тогда прикончил кучку карконских вождей.

И сейчас я пользуюсь этой силой снова – нахожу нить жизни женщины и тяну за нее. Сначала она только крепче прижимает к себе ребенка, но потом издает сдавленный хрип и хватается за горло.

– Фозия! – вскрикивает один из мужчин. – Вернись…

– Ни за что! – упрямо выдавливает из себя Фозия, хотя ей уже нечем дышать. – Я не поддамся главарю душегубов. Сколько человек он убил, шныряя здесь, как паук? Сколько…

Слова Фозии застревают у меня в мозгу.

«Сколько человек он убил…»

«Сколько…»

Меня оглушают пронзительные вопли: это крики тысяч мужчин, женщин и детей, которые погибли по моей вине прошлым летом – после того, как рухнули стены Земель Ожидания. Тех, кого я убил, будучи солдатом, друзей, павших от моей руки, – все они проходят сейчас передо мной, и я ощущаю осуждающий взгляд их мертвых глаз. Это уже слишком. Я не вынесу этого…

Страшная картина исчезает так же внезапно, как и появилась. Магия проникает в мое сознание: Маут успокаивает мой растревоженный разум, исцеляя покоем.

Все в прошлом.

Фозия и ее родственники должны уйти. Я снова принимаюсь «высасывать» жизненную энергию женщины. Руки ее дрожат, она из последних сил прижимает к себе ребенка. Я иду навстречу ей, она пятится прочь и, наконец, очутившись за границей Леса, без сил падает на каменистый пляж.

– Хорошо, мы уйдем, – сипло выговаривает она. – Я сожалею…

Я отпускаю ее, и она бежит на север, а ее спутники следуют за ней.