Моё искупление

Именно в его квартире я чувствую себя в безопасности. Там мне спокойно и легко. Иногда мне начинает казаться, что это квартира принадлежит мне. В какой-то степени это так и есть, ведь я более чем уверена, Амрани там больше не появится.

Это странно, но за всё время мужчина не появился там ни разу. Иногда мне кажется, будто он знает о моём тайном проникновении на его территорию и поэтому не приходит. Но это бы значило, что ему не всё равно, что он не хочет ранить мои чувства. А это полный абсурд. У него нет и не может быть жалости.

Даже когда он узнал, что нашего ребёнка больше нет, Малик испытывал злость, но никак не сожаление.

Всё, больше не хочу думать о плохом. Эти выходные целиком и полностью посвящу своему любимому делу. Я должна по максимуму получить от того времени, что у меня осталось. Ещё несколько лет и Малик вновь ворвётся в мою жизнь. Это ничтожно мало. И я не имею права терять ни минуты. Горевать у меня ещё будет возможность. После того как состоится свадьба, у меня будет целая жизнь, чтоб предаваться горю.

Доезжаю до квартиры я примерно через час. По пути заезжаю в свой любимый ресторан и заказываю еду навынос. Готовить я так и не научилась. Да и нет особого желания начинать. В Марокко мне это точно не пригодится. А сейчас у меня не так много времени осваивать кулинарные шедевры. Также я покупаю в соседней кафешке латте и пару круассанов с шоколадом. Никогда не могу отказать себе в этом, особенно если у меня депрессия.

Когда я захожу в квартиру, на меня моментально накатывает ступор.

Закрываю за собой дверь и аккуратно оставляю сумку с едой на небольшой тумбочке в прихожей. Дальше я ступить не решаюсь, вглядываюсь внутрь квартиры. Я точно помню, что везде выключала свет, когда уходила. Но сейчас я чётко вижу, как из-под двери просачивается свет из гостиной. Сердце начинает бешено биться о грудную клетку. Этого не может быть. Мне просто мерещиться. Не шевелюсь и прислушиваюсь к звукам из-за двери. Слышу глухие шаги.

Может, это просто грабители и мне нечего бояться.

Аллах, я, правда, больна, раз думаю, что грабители лучше, чем он. Стою, боясь пошелохнуться и выдать своё присутствие. Мне нужно уходить. Срочно. Я не должна видеться с ним. Не могу его видеть. Не сейчас.

Но я не успеваю и шага ступить. Проходит всего мгновение и дверь гостиной открывается. Задерживаю дыхание, в то время как перед моим взором появляется до боли знакомый силуэт Малика. Сердце сжимается в груди от дикой боли и тоски.