Мой грех

Этот гадёныш докопался до истины. Радует то, что я могу доверять этому человеку. И он знает о моём желании мести. Знает, почему для меня это так важно. Думаю, он поймёт, зачем я здесь. Или, по крайней мере, не будет мне мешать. Этот сорвиголова всегда поддерживал мои ненормальные идеи.

Мой рассказ был довольно долгим. Но, как я и ожидал, друг не высказался неодобрительно против моей затеи. Просто посоветовал быть осторожнее.

Ещё некоторое время мы обсуждали дела компании и новый проект на строительство в Лондоне.

Нам был важен этот контракт и ради него я был готов ненадолго прекратить игру в чужую жизнь и вернуться в главный офис. Хотя Рамиль и уверял меня, что в этом нет необходимости.

В целом этот день был насыщенным и продуктивным. Поэтому, как только я оказался дома в огромной уютной кровати, то моментально вырубился.

Первая половина следующего дня прошла для меня, словно одно мгновение. Я был в предвкушении встречи со своей принцессой, поэтому не замечал ничего вокруг.

Даже лекции для моих студентов прошли для меня как в тумане. В это трудно поверить, но мне нравилась данная часть жизни Винсента Гордона. Когда я проводил уроки, то будто делился со студентами частичкой себя. У нас была одна страсть. Тот, кто никогда не брал в руки кисти, никогда не поймёт мои чувства. Когда ты рисуешь, весь остальной мир, будто уходит на второй план. Остаются только холст и чувства, которые ты на нём отображаешь.

Парадокс в том, что я никогда не планировал связать свою жизнь с искусством.

Для меня это было всего лишь хобби, которое спасало в трудные моменты. Это как катание на лошадях. Оба эти занятия помогают мне проветрить голову и избавиться от негативных эмоций.

До того как я приехал в Грецию, я долгое время не притрагивался к холсту. Просто не мог. После того, что случилось, ничто на свете не могло заглушить мою боль. К тому же я был уверен, что не имею право радоваться жизни. Поэтому я забыл обо всём, что доставляло мне удовольствие.

Даже не навещал своего коня больше года.

Теперь же, когда я делюсь своими умениями с этими юными художниками, то получаю истинное удовольствие. Это ощущается так, будто я заполняю пробелы, которые образовались за эти годы.

– Можно войти, мистер Гордон? – вырывает меня из раздумий нерешительный женский голос. На моём лице расплывается широкая улыбка. Ты пришла, смелая девочка.

– Проходи, Кара, – отвечаю девушке, поднимаясь из-за своего стола.