Факел в ночи

Я снова оглянулась, пытаясь совладать с растущим в груди страхом.

– Она нас не преследует.

– Не обязательно, – возразил Элиас. – Она чертовски умна, не забывай.

Он задумчиво оглядел окружавшие нас сухие деревья, вращая в руке кинжал.

– У моего деда есть заброшенный склад рядом с рекой, прямо напротив городской стены, – наконец произнес он. – Он показывал мне его несколько лет назад. Дверь на заднем дворе выводит из города. Но я там давно не был. Его может уже не существовать.

– А Комендант о нем знает?

– Дед никогда бы ей не рассказал.

Мне вспомнились слова Иззи, моей подруги-рабыни из Блэклифа. В первый же день, как я попала в Академию, она меня предупредила: «Комендант видит и знает то, что не должна знать».

Однако нам необходимо выбраться из города, а ничего лучше придумать я не могла.

Покинув укрытие, мы торопливо пошли по улицам, которых не коснулись сражения ополченцев, старательно обходя районы, где гремели бои и полыхали пожары. Прошло несколько часов, день клонился к закату.

Элиас выглядел совершенно спокойным, как будто погромы вокруг оставляли его равнодушным.

Даже не верилось, что всего месяц назад бабушка с дедушкой были живы, брат – свободен, а имя Витуриус ни о чем мне не говорило.

Все, что произошло с тех пор, казалось сплошным кошмаром. Нэн и Поуп убиты. Солдаты схватили Дарина, когда он кричал: «Лайя, беги!»

Ополчение, обещавшее помочь спасти моего брата, предало меня.

В памяти всплыло еще одно лицо.

Темные глаза, красивые черты и мрачный взгляд. Всегда мрачный. Оттого его улыбка была на вес золота. Кинан, повстанец с огненно-рыжей копной волос. Он пренебрег приказом лидера Ополчения и дал мне шанс сбежать из Серры, который я, в свою очередь, подарила Иззи.

Надеюсь, он не слишком рассердится. Надеюсь, он поймет, почему я не приняла его помощь.

– Лайя, – сказал Элиас, когда мы добрались до восточной части города. – Мы уже близко.

Мы вышли из лабиринта городских улиц и оказались рядом с хранилищами, принадлежащими негоциантам.

Склады и подворья прятались в глубокой тени, которую отбрасывала высокая труба печи для обжига кирпича. Днем здесь царила суета, сновали телеги, торговцы, грузчики. Но с приходом ночи становилось пусто. Все как будто замирало. С севера дул крепкий ветер, а в вечерней прохладе чувствовались первые шаги приближающейся осени.

– Вон оно. – Элиас кивнул на здание, примыкающее к стене Серры.