Факел в ночи

Встрепенулись и остальные, кто был на рынке.

Кочевник вздохнул, одарив меня тоскливым взглядом. Как только он отвлекся на охотников, я саданула его по лодыжке и освободилась.

Я бросилась под брезент, опрокинув корзины с товарами, и чуть не сбила с ног старуху-маринийку. На миг Шикаат потерял меня из виду. Передо мной возвышалась неприступная скала, справа от меня тянулся ряд торговых палаток. Слева – громоздилась гора ящиков, привалившись к боку телеги, груженной мехом.

Я нырнула под телегу, сдернув по пути верхнюю шкуру и прикрывшись ею.

Исчезни, Лайя. Я сжалась и отползла в темноту, схватившись за браслет, что придавал мне мужества. Ты меня не видишь. Ты видишь только тень, только темноту.

Шикаат отшвырнул ногой ящики, впустив немного света под телегу. Я слышала, как он наклонился, как всматривался, слышала его дыхание. Я всего лишь груда меха, я – ничто. Ты меня не видишь.

– Житан! – окрикнул он своих людей. – Имир!

Я услышала, как подбежали двое, и в следующий миг свет лампы развеял темноту под телегой. Шикаат сдернул мех. Я увидела перед собой его ликующее лицо.

Правда, ликование тотчас сменилось замешательством. Он взглянул на мех, затем снова туда, где я сидела. Поднял лампу, осветил меня, но посмотрел куда-то мимо.

Как будто не замечал меня. Как будто я стала невидимой.

Но это ведь невозможно.

И как только я подумала об этом, он моргнул и схватил меня.

– Ты исчезла, – прошептал он. – А теперь снова появилась. Это что, колдовство? – Он встряхнул меня так сильно, что клацнули зубы. – Как ты это сделала?

– Пошел прочь! – Я хотела впиться в него ногтями, но он держал меня на расстоянии вытянутой руки.

– Тебя не было! – шипел он. – А потом ты появилась прямо передо мной.

– Ты спятил! – Я укусила его за руку. Он притянул меня ближе, придвинув мое лицо к своему, и заглянул в глаза. – Поменьше кури гхаш!

– Повтори, – потребовал он.

– Ты спятил. Я была здесь все это время.

Он покачал головой, словно признавал, что я не вру, но и поверить не мог. Когда он убрал руки от моего лица, я попыталась вырваться, но тщетно.

– Хватит, – сказал он, когда его сподручники связали мне руки спереди. – Отведи меня к маске или умрешь.

– Я хочу долю. – В голове родилась идея. – Десять тысяч марок. И мы идем одни, я не хочу, чтобы твои люди шли за нами.

– Никакой доли.