Факел в ночи

Наверху послышались приступы кашля – это кочевники вошли в задымленную пещеру, затем – проклятия, когда они пытались освободить своего друга.

Я кивнул Лайе, чтобы следовала за мной. Мы шли медленно. Наши шаги заглушали топот и крики кочевников. Скалы были острыми и скользкими. Зазубренные камни вонзались в подошвы и цеплялись за одежду.

Вспомнилось, как шесть лет назад мы с Элен жили в Разбойничьем Привале.

Все пятикурсники должны провести там пару месяцев, шпионя за бандитами. Бандиты это ненавидят, и если кого поймают, то беднягу ждет долгая и мучительная смерть.

В том числе и поэтому Комендант в первую очередь отправляла сюда студентов.

Нас с Элен – байстрюка и девушку, двух изгоев – поставили в пару. Комендант, распределяя студентов по двое, наверняка злорадствовала, ожидая, что одного из нас уж точно убьют. Но дружба сделала нас обоих сильнее, а не слабее. Мы, будто играя, перемахнули через Елманы. Легкие как газели, мы подначивали друг друга на все более безумные прыжки, и Элен ни на йоту мне не уступала, так что никто бы не догадался, как она боится высоты.

Проклятье, мы были так глупы и самонадеянны в своей уверенности, что не упадем и смерть нас не настигнет.

Сейчас я стал разумнее.

Ты мертв. Ты просто этого еще не знаешь.

Пока мы пробирались через каменистое плато, дождь стал понемногу стихать. Лайя, сжав губы, молчала. Я чувствовал, что она в смятении. Наверняка думала о Шикаате. Но при этом она не отставала от меня ни на шаг, замешкавшись лишь раз, когда я перескочил через расселину шириной в пять футов и глубиной – в двести.

Я прыгнул первым, без труда перелетев через трещину. Потом оглянулся и увидел, как она побледнела.

– Я тебя поймаю, – пообещал я.

Она посмотрела на меня своими золотистыми глазами, в которых боролись страх и решимость. И прыгнула без предупреждения, налетев на меня так, что я покачнулся. Я сжал Лайю в объятьях, ощутив ее талию, бедра, облако волос, которые так сладко пахли. Ее пухлые губы приоткрылись, как будто она собиралась что-то сказать.

Я просто не мог повести себя разумно, когда она всем телом и так крепко прижималась ко мне.

Я оттолкнул ее. Она споткнулась, на лице ее отразилась боль. Я даже не знаю, почему так сделал. Может, потому, что подобная близость отчего-то казалась мне неправильной. Нечестной.

– Мы почти на месте, – сказал я, чтобы отвлечь ее. – Будь рядом.

Чем ближе мы подходили к горам, все дальше и дальше удаляясь от Разбойничьего Привала, тем слабее шел дождь.