На языке эльфов

Успеваю поймать у самого края.

– Итан?

Смотреть на тебя не хочу. Бросаю карандаш на дно, рюкзак через плечо и на выход мимо столов, чужих плеч и подносов.

– Итан! – Где-то позади, голос ярче, громче, но я не хочу оборачиваться.

Оставь меня в покое.

– Джей! – Лиен смотрит мне за спину. Значит, ты совсем рядом. Юнин – через плечо – ловит мой взгляд воротами своей оправы. Гол.

Корпус длинный, коридор просторный. Шумно и многолюдно. Мой второй наушник в твоей ладони, бог с ним, забирай, подари Коди, пусть творит без неудобств.

Спускаюсь по лестнице, сжимая лямку рюкзака, проверяю, на месте ли телефон. Останавливаюсь на рефлексах осознания: карманы пустые.

Мимо меня студенты. Вперед – назад – по диагонали. Ворчат. Я им мешаюсь. А они мне – нет. От них столько запахов, среди них столько цветов, а над головой – по-прежнему искусственное небо.

Телефон наверняка у тебя. Заберу потом. Еще немного.

Двери гремят и выплевывают. Воздух в объятия, сжимает крепко, успокаивает.

Холодно. Зато дышу. Если планета может, я – подавно.

Дезориентированные хлопья вяло танцуют от стены к стене, словно под чем-то психотропным. На фоне неба почти не видно. Я задираю голову – мне легче. Небо серое. Грязное. Вымазанное. Далекое, постоянное, вечное.

– Не круто посреди дороги стоять, Эльф.

Кто-то бросает безобидно, звуча трелью совсем близко, но потом звук лопается – пропадает за дверями.

Мне не хватает песни.

Тишины. Закрываю уши ладонями, вжимаю оставшийся наушник до боли. Так легче. Так тише.

Так безопаснее.

5

Звонок шуршит из-под ладоней.

Я прихожу в себя, когда двор пустеет. Остаются только пьяные хлопья и колючий январский ветер. Убираю руки от лица и обнимаю себя за плечи – ладони приятно тонут в ворсистой малиновой ткани.

– Замерз?

Пьяные хлопья, ветер и ты. Упрямый, дотошный самодур. Сколько опять стоял, смотрел?

– Давай зайдем внутрь, – просишь совсем негромко.

– Иди.

– Я хочу с тобой.

Ты что, не в курсе, что желание – только вспышка, Чон Чоннэ?

– А я с тобой – нет.

Не хочу грубить, но, наверное, получается.

Глазами – в небо, ушами здесь – на земле. Прислушиваюсь, жду, когда шаги начнут отдаляться, как загремит дверь и спрячет тебя в помещении. Дышу и жду. Уходи. Греми ставнями, бей резиной о мокрый асфальт.

Подошвы шуршат, шаркаешь.